Нельзя

— Быстрее! Почему мы не можем ехать быстрее? — выкрикнул я, кивнув рукой на лобовое стекло.

— Синьор, если я буду ехать еще быстрее, или у меня отнимут права, или мы с вами оба окажемся на городском кладбище!

Я откинулся на заднем сиденье и в сердцах чертыхнулся. Джо не брала трубку. Я звонил уже сотню раз. Будь я за рулем, давно бы доехал до отцовского дома. Скорее всего, конечно, лишился бы водительских прав за превышение скорости, вождение в нетрезвом виде и за проезд на красный. Когда машина, наконец, затормозила у дома моего старика, я бросил водителю деньги и кинулся вон из машины. Из-за гулкой, раскатистой музыки, льющейся из колонок, я не услышал собственного голоса, когда прокричал имя Джо. Я взглядом искал ее, не прекращая отчаянных попыток дозвониться ей же. С телефоном у уха я резко все поворачивался и поворачивался из стороны в сторону, желая увидеть в толпе подростков знакомое лицо. Но сводной сестры нигде не было.

— Где Джо? Ты видел Джо? — схватив за грудки первого попавшегося мне парня, я хорошенько встряхнул его.

Как будто он в чем-то провинился. Но тот лишь лениво улыбнулся и вскинул руку, чтобы почесать свою, вероятно, недавно начавшую расти щетину. Словно его это забавляло. О Господи!

— Я даже не знаю, кто это, чувак, — отозвался он.

Его веки были полуприкрыты. Я принюхался. Пахло травкой! Да вы…Откуда?!.. Я отшвырнул от себя придурка и, не заморачиваясь над тем, куда тот приземлился, метнулся вверх по лестнице.

Где же ты, Джо?

Остановив ярко накрашенную блондинку, я повернул ее к себе, тут же учуяв сильный запах спиртного. Твою же мать! Я приказал охранникам быть начеку! Я же приказал!

Блондинка возмутилась вслух и поспешила отделаться от меня, но получилось у нее это неважно: она отодвинулась и, зашатавшись, чуть не упала на спину. Если бы я ее не поддержал, так и случилось бы.

— Джоселин живёт здесь, — заглядывая в ее пьяное лицо, обеспокоенно сказал я. — Это ее вечеринка. Ты знаешь, где она? Где Джо?

Кажется, блондинка, разукрашенная, подобно стриптизерше, стала соображать даже медленнее. Она едва сумела пожать плечами, а на большее не приходилось и надеяться.

Я оставил ее в покое и, вновь чертыхнувшись, направился дальше.

Ее не было ни в одной комнате. Даже в ее собственный. Звонки ей снова и снова заканчивались тем, что меня перебрасывали на голосовую почту.

«Привет, это Джоселин. И если я не перезвоню вам, значит, мне не хочется говорить с вами».

Я прослушивал это "приветствие" не менее трехсот раз до сегодняшнего дня, но ранее оно никогда не было мне настолько ненавистно.

Здесь творился полный беспорядок, и гости Джос, которых я буквально припечатывал к стенке, даже не понимали, о чем я. Точно! Я должен попросить вырубить музыку и включить везде свет. Я разозлился на себя за то, что не додумался до этого раньше. Уже было сделал шаг в сторону лестницы, но тут один ритмичный трек сменил другой, а пауза дала ясно разобрать знакомый звонкий хохот за спиной.