Электронная книга - «Черный гусар». Краткое содержание книги:
ГГ неплохо помнит историю, но совершенно не разбирается в физике, химии, военных изобретениях, смертоносных патронах и ядерных зарядах. Так что здесь не будет прогрессорства, невероятных промышленных «рывков» и патентов на новейшие самолеты и атомоходы.
Неспешное и плавное начало, описание повседневности. ГГ приобрел одну уникальную способность, и применив ее, спас цесаревича Николая. И теперь история пошла иным путем.
Бухарский поход. Исторические персонажи.
– Что ж, вы получите блестящую рекомендацию, согласно вашим заслугам. Я ее подпишу, – наконец решил он.
Я четко развернулся на каблуках и вышел из кабинета.
Год закончился спокойно. В июле мы снова отправились на полевые сборы, продолжающиеся две недели. Чистый воздух, прекрасные скакуны, верные друзья, ночевки в палатках, походный лагерь, костры – что может быть лучше? Мне все нравилось.
На выпуске напутственное слово взял император.
– Господа корнеты, вы – гордость и надежда Российской кавалерии. Служите же честно и благородно, во славу нашей державы, – Александр Освободитель говорил долго, но смысл его слов был и так всем понятен.
Находясь в общем строю, я старательно старался не смотреть на цесаревича. Он, бледный и осунувшийся, но живой, стоял по правое плечо императора. Николай выжил, хотя к этому моменту ему полагалось числиться среди покойников. Рядом с ним находился его младший брат Александр, такой же высокий и внушительный. В известной мне истории тот стал следующим императором и прославился как Александр III Миротворец, за то, что во время его правления Россия ни с кем не воевала.
Императора окружала почетная свита. В стороне находились наши родители и все те, кто смог и захотел приехать на выпуск. Дамы держали зонтики и веера, мужчины нарядились в мундиры и костюмы.
– Поздравляю вас офицерами! – внушительно закончил Император, и мы вместе с казаками грянули оглушительное троекратное «ура-ура-ура!».
С ближайших крыш вспорхнули испуганные птицы. Сразу же заиграл марш, а в небеса взлетели сотни фуражек.
Праздничный банкет проходил в общем зале. Его украсили гирляндами и цветами. Играл оркестр.
– Но почему Александрийские гусары? – удивилась расстроенная матушка. – Почему такой невзрачный полк?
– Потому что так будет правильно, – я взял ее под руку и наклонился к уху. – Поверь, я знаю, что делаю.
– Не уверена, – мои слова ее не убедили, но и спорить она не стала.
– Расскажи про Старую Школу, Миша, – попросил младший брат. О Школе я рассказывал ему и на прошлых летних каникулах, и в многочисленных письмах, которые от меня требовали чуть ли не ежедневно. Судя по всему, Митьку всерьез захватила военная стезя и мой пример.
– Два офицера в семье? Почему бы и нет? – одобрил отец, который стоял рядом и все слышал.
– Нет, я не хочу идти служить. Мне просто интересно, – Митька меня удивил, я-то думал, что брат пойдет по моим стопам. Впрочем, это его дело.
– Давайте поклянемся, что навсегда останемся друзьями, – предложил Звегинцев. Мы порядочно выпили и уже не так твердо стояли на ногах, как нам бы того хотелось. Хотя, вся страна знала, как кавалеристы умеют пить и не пьянеть. Каждый из нас всеми возможными силами поддерживал сей образ бравого офицера.
– Да, поклянемся, куда мы судьба нас не закинула! – поддержал Скалон.
– И всегда будем помогать друг другу, – я вытянул раскрытую ладонь. Николай первым положил на нее руку, а сверху ее припечатал Георгий. – Пусть же наша дружба останется неизменной.
Звегинцев умудрился попасть в кавалергардский полк, элиту всей армии. Скалон выбрал место службы не менее престижное – лейб-гвардии Его Величества Уланский полк. Оба полка считались невероятно прославленными. И я мог бы быть вместе с ними, что соответствовало моим оценкам и амбициям. Друзья искренне недоумевали, зачем меня потянуло в Александрийский полк, который стоял в провинции. Но они с уважением отнеслись к моему выбору и не стали считать чудаком.
Дав друг другу подобное обещания, мы вернулись в общий зал. Молоденькие девушки, которых мамаши вытащили в свет, грациозно скользили по начищенному паркету. Бал был в самом разгаре.
Через день мы уезжали в Москву, и я все гадал, захочет ли цесаревич еще раз встретиться. И как он все организует.
Организовал он все по уму. И не скажешь, что парню не так уж много лет.
– Вам, господин корнет, – уже ближе к полуночи ко мне подошел лакей и вручил запечатанный конверт.
– От кого? – спросил я.
– Не знаю, – он пожал плечами. – Меня вызвали на кухню. Шеф-повар приказал доставить конверт вам.
– Михаил, тебе уже пишут дамы? – поднял бровь отец, когда лакей ушел. – Зовут в гости, пока муж уехал на курорт в Ниццу?
– Невозможно слушать подобные шутки! Какие дамы? – возмутилась мама. – Наш Мишенька еще слишком молод. Подобное может его скомпрометировать.
Я отошел к окну, огляделся и вскрыл конверт. Он был простым, без марки, но вот бумага внутри поражала качеством. Эх, если и играть в шпионов, то до конца, тут цесаревич немного не продумал. Бумагу следовало использовать простую, без водяных знаков и вензелей.