К чему приводит любопытство и что делать с последствиями (СИ)

Когда этот вопрос был улажен, все углубились в свои мысли, периодически отхлебывая горячий чай. Джесс опять спорил сам с собой, надо же, его лицо, как зеркало его мыслей. Можно читать, как книгу, вот только знать бы тему его спора. Вообще этот парнишка просто сюрприз на сюрпризе, почему-то я даже рад, что он поживет у меня.

Быстрее всех с чаем управилась Лиз, и начала терзать выданную ей конфету. То облизывала, то вертела зажав губами, я наблюдал за этим с опаской, но почему-то эффекта на меня это представление не произвело, хотя сама по себе Лиз очень симпатичная и фигуристая, что же тогда было днем?

- Скажи, а у тебя есть стиральная машинка? – неожиданно спросила девушка.

- Есть, ответил я, не совсем понимая, зачем ей это, видимо, увидев непонимание на моем лице и, кстати говоря, на лице Джесси, она пояснила: – Я вся изгваздалась в этой подворотне, и Джесс, кстати, тоже, а нам завтра в школу идти.

Через двадцать минут, я выдал Элизабэт халат, а Джесси с трудом отрыл длинную футболку, которая и мне-то была велика, штаны ему подобрать так и не удалось, поэтому он, жутко стесняясь и краснея, ходил в одной футболке, которая, кстати говоря, была ему до колена и спадала с одного плеча. «Какой он хорошенький, когда краснеет», – подумал я, и сам испугался своих мыслей. Элизабэт на правах девушки ушла в душ первой, а я решил позаниматься. Включив компьютер, обнаружил, что курсовая, которую мне нужно было оформить, уже сделана. Поэтому я занялся решением практической части следующей курсовой, работа определенно не шла. Оставшись в тишине, я постоянно думал о том, что бы сделали эти уроды с Джесси, если бы я не пошел за ним, или если бы я пришел позже. В памяти всплыла фраза, брошенная его сестрой: «Я после вчерашнего за тебя волновалась». Он сразу так напрягся, побледнел. Что вчера произошло? На мой вопрос он не ответил, а больше спрашивать я не стал, находясь под впечатлением от собственных эмоций. Да и к тому же, через час он так искренне улыбался, что я и думать забыл о его истерике. Я раздраженно мотнул головой. Какого черта я так переживаю о каком-то мальчишке?

- Эм, – раздалось у меня за спиной.

Все разошлись, а я остался сидеть на диване, тут же почувствовал приближающуюся депрессию и вялость, чтобы отвлечься включил телевизор, но ничего интересного там не нашлось. «И какого черта мне так везет?» – спросил я сам себя. «Просто ты на редкость привлекательный» – отозвалось самолюбие. «Или просто не очень везучий» – заявил разум. «Согласись, твой маньяк не так уж и плох». Да уж, не так уж и… – протянул я. Но с ним все равно надо что-то делать. «Хочу узнать, кто это!!!» – завопило любопытство. «А я не хочу!» – выдал страх. «Ой, мамочки, а что бы эти бугаи с тобой сделали, если бы Каин не пришел…!!!» – уже вопил страх, перескакивая с одной темы на другую. «Ты не достаточно подготовлен, ты с ними не справился» – бубнили хором страх и неуверенность, подрывая мое моральное здоровье. «Они бы тебя изнасиловали и убили, или не убили, но замучили точно». Не выдержав этого дурдома в своей голове, я прошел в кабинет, где занимался Каин.

- Эм, – нерешительно начал я, – может тебе помочь?

- Нет, пока ничего не надо, – довольно грубо ответил Каин. Я как-то сразу стушевался и замялся, не зная, что сказать. – Неуютно одному? – более мягко спросил он.

- Угу, – промямлил я, чувствуя себя маленьким ребенком, которому приснился страшный сон, и которому хочется, чтобы его обняли и утешали. Щеки начали гореть, и мне стало ещё более неловко.

Краем глаза я увидел, как Каин повернулся ко мне лицом, и пару минут просто внимательно меня изучал. Потом он неожиданно встал и, в два шага преодолев разделяющее нас расстояние, крепко обнял. Сердце ухнуло от нахлынувших на меня ощущений, когда я почувствовал его руку на затылке и горячее дыхание, обдающее мою макушку, удивление, радость, защищенность. Я не удержался и сомкнул руки у него на спине, уткнувшись носом в его теплую грудь и слушая довольно неспокойный ритм его сердца. К глазам начали подкатывать давно собирающиеся слезы, и я неимоверным усилием их отогнал.

- Эй, вы где все делись? Упс! – в кабинет влетела Элизабэт и застыла в дверях с открытым ртом. Я резко отпрыгнул от Джесси и почувствовал, как начинаю краснеть, когда это я краснел в последний раз? – Кажется я не вовремя, – пропела она, – пойду-ка я.

- Джесс, иди в душ, – каким-то хриплым голосом произнес я, садясь за свои задачи, которые почему-то уже ненавидел.

- А...ага, – запинаясь, произнес Джесси, и они с сестрой вышли из комнаты.

Какого хрена я делаю!? Зачем, я спрашиваю, зачем я полез с ним обниматься!? Но черт, он был такой растерянный и беззащитный, что сил сопротивляться этому желанию просто не было. Какой же он все-таки хрупкий, не смотря на то, что сломал тому мужику нос. И такой милый, когда краснеет. Милый? МИЛЫЙ!? Да в моем лексиконе такого слова просто не было, откуда оно взялось!? Я зашвырнул тетрадь с задачами в стену и до такой степени сжал карандаш, что он сломался. ЧЕРТ! Но как же приятно было его обнимать, чувствовать его дыхание на своей груди, руки сомкнутые на пояснице. Он так доверчиво ко мне прижимался. Хочу еще. Ну, пиздец!!! Дожили!! Я до зуда в ладошках хочу обнять парня. Как? Ну как такое может быть!!? Вслед за тетрадкой улетела пара учебников, а я, открыв окно, закурил.

- Джесс?

- Ты что ещё не спишь? – спросил я сестру, которая только что показалась из комнаты для гостей, я как раз укладывал подушку на диван в гостиной. – Что у тебя в руках?

- Это тебе пришло сегодня днем. Я прочла, – слегка покраснев, сказала она, протягивая мне распечатанный конверт. – Только не принимай слишком близко к сердцу, ладно?