Электронная книга - «Вся Агата Кристи в трех томах. Том 3». Краткое содержание книги:
Третий том полного собрания сочинений «Агата Кристи в трёх томах». В хронологическом порядке, с разделением по циклам, переводчики и год первой публикации указаны в конце каждого произведения. Сборка: Diximir (YouTube) 2021 г.
Коды, сигнализация, разные приспособления… Экзамены, попытки сбить ее с толку, гипотетические схемы и ее реакция на них… В итоге Джессоп кивнул и заявил, что полностью удовлетворен.
— Я же говорил, что вы способная ученица. — Он похлопал ее по плечу, словно добрый дядюшка. — Запомните: какой бы одинокой вы себя ни чувствовали, возможно, это окажется не соответствующим действительности. Я говорю «возможно», так как не могу сказать больше. Мы имеем дело с умными дьяволами.
— А что произойдет, — спросила Хилари, — если я достигну конца путешествия?
— То есть?
— Когда я наконец окажусь лицом к лицу с Томом Беттертоном.
Джессоп мрачно кивнул:
— Вы правы — это опасный момент. Могу лишь сказать, что, если все пройдет хорошо, у вас должна быть защита. Я имею в виду, если события будут развиваться так, как мы надеемся, но не забывайте, что у этой операции очень мало шансов на успех.
— Кажется, вы говорили, один из ста? — сухо осведомилась Хилари.
— Боюсь, что меньше. Тогда я еще не знал, что вы собой представляете.
— Да, — задумчиво промолвила Хилари. — Для вас я, очевидно, была просто…
Джессоп закончил фразу за нее:
— Женщиной с великолепными рыжими волосами, у которой не осталось стимулов к жизни.
Она покраснела:
— Суровое суждение.
— Но справедливое, не так ли? Я не испытываю жалости к людям. Прежде всего, это оскорбительно. Обычно жалеют тех, кто жалеет самих себя. А жалость к себе — один из самых больших камней преткновения в современном мире.
— Возможно, вы правы, — подумав, согласилась Хилари. — Интересно, вы опуститесь до жалости ко мне, когда меня ликвидируют, или как это называется на вашем профессиональном жаргоне?
— Жалости к вам? Вот еще! Я буду ругаться последними словами, потому что мы потеряем человека, который кое-чего стоит.
— Наконец-то комплимент. — Сама того не желая, Хилари была довольна. — Мне пришло в голову еще кое-что, — деловито продолжила она. — Вы говорите, что они точно не знают, как выглядела Олив Беттертон, но что, если кто-нибудь узнает меня? У меня нет знакомых в Касабланке, но ведь со мной сюда летели другие пассажиры. К тому же я могу случайно встретить знакомого среди туристов.
— О пассажирах самолета можете не беспокоиться. Из Парижа с вами летели бизнесмены, отправлявшиеся в Дакар, — в Касабланке, кроме вас, сошел только один человек, но он уже улетел назад в Париж. Выйдя из больницы, вы пойдете в другой отель — где заказала номер миссис Беттертон. Вы будете носить ее одежду, делать прическу в ее стиле, а пара полосок пластыря на лице изменит вашу внешность. Кстати, с вами будет работать врач. Все сделают под местным наркозом, так что боли вы не почувствуете, но вам придется обзавестись подлинными следами недавней катастрофы.
— Вы подумали обо всем, — заметила Хилари.
— Приходится.
— Вы ни разу не спросили меня, — вспомнила Хилари, — сказала ли мне что-нибудь перед смертью Олив Беттертон.
— Насколько я понял, вас мучили угрызения совести.
— Простите.
— Не за что. Я уважаю вас за эти чувства. Мне бы самому хотелось позволить их себе, но их нет в служебных правилах.
— Она сказала кое-что, о чем, возможно, вам следует знать. «Скажите ему (то есть Беттертону), чтобы он был осторожен. Борис… опасен».
— Борис? — Джессоп с интересом повторил имя. — Ага! Наш вежливый иностранный майор Борис Глидр.
— Вы его знаете? Кто он?
— Поляк. Приходил ко мне в Лондоне. Вроде бы родственник Тома Беттертона по первому браку.
— Вроде бы?
— Ну, если этот человек тот, за кого себя выдает, то он кузен покойной миссис Беттертон. Но мы знаем об этом только с его слов.
— Олив Беттертон явно боялась его, — нахмурилась Хилари. — Вы могли бы описать этого человека, чтобы в случае чего мне удалось его узнать?
— Да. Рост — шесть футов, вес — около ста шестидесяти фунтов, блондин, довольно деревянное, бесстрастное лицо, светлые глаза, подчеркнуто иностранные манеры, грамотный английский, но с акцентом, военная выправка. — После паузы Джессоп добавил: — Я велел проследить за ним, когда он вышел из моего кабинета, но это ничего не дало. Он отправился прямиком в американское посольство, откуда принес мне рекомендательное письмо, — они всегда их посылают, когда хотят соблюсти вежливость и ничего при этом не сообщить. Очевидно, он покинул посольство в чьей-то машине или через черный ход, переодетый слугой или посыльным. Думаю, Олив Беттертон была права, говоря, что Борис Глидр опасен.
