Избранные произведения в одном томе

Траскот улыбнулась и села.

— Я разговаривала с доктором Карсоном. Вы оказались в трудной ситуации.

— Да, — ответила Хатч. — Нам повезло, что мы выпутались.

Волосы у Траскот гладко зачесаны назад, а брови искусно подведены. Она говорила и двигалась с грациозной неторопливостью.

— Вам повезло. Тут не может быть сомнений. Но вы прекрасно проявили себя.

Хатч считала, что справилась очень плохо. Идея перейти в шаттл и перенести снег довольно удачна, но в остальном она действовала далеко не блестяще.

— Спасибо, — поблагодарила она.

Траскот пожала плечами.

— С вами я бы полетела куда угодно. — Она вела себя так по-свойски, как соседка, которая зашла поболтать. — Я пришла к вам, потому что мне кажется, что нам неплохо бы поговорить.

— Да? О чем?

— Говорите прямо, — тон ее резко изменился. — Это вы запустили «снежок» из пены?

Она скорее утверждала, чем спрашивала. Прямота вопроса застала Хатч врасплох.

— Снежок? — Глаза их встретились. Как ни странно, в глазах Траскот не было враждебности. В обычных обстоятельствах Хатч без колебаний призналась бы и приняла вызов. Но ее удерживала ответственность перед Академией. Кроме того, Траскот внушала симпатии, хотя по ее тону было ясно, что она считала поступок Хатч проявлением невоспитанности. И даже грубости. И, возможно, безответственности.

— Да, это правда, — призналась Хатч, — но я буду все отрицать при свидетелях. Как вы догадались?

Снова улыбка.

— Это очевидно. Никто, кроме вас, не имел возможности это сделать. И еще я хорошо разбираюсь в людях.

Хатч пожала плечами.

— Вы это заслужили. Вы играли с мячиком потяжелее.

— Знаю. — Траскот казалась вполне довольной. — Думаю, вы с удовольствием узнаете, что серьезных повреждений не было. Вы заставили меня пережить несколько неприятных минут. И поставили в глупое положение. Но в конце концов мои люди видели, что я осталась, хотя у меня было достаточно поводов, чтобы сбежать. Думаю, что они сравнивали меня с некоторыми другими руководящими работниками и, наверно, в их глазах я выглядела неплохо. В общем, я хотела поговорить с вами лично и сказать, что не испытываю по отношению к вам никаких враждебных чувств.

Хатч подумала о Ричарде, цепляющемся за веревку, пока его не накрыла волна.

— Вам легко прощать, — сказала она.

Траскот кивнула.

— Я понимаю. И очень сожалею. Но вы знали, что волна приближается. Какого черта вы не вытащили его оттуда?

— Вы думаете, что я бы не сделала этого, если бы могла?

Хатч сердито взглянула на нее, но Траскот спокойно сказала:

— За монитором в шкафчике есть бренди. Вы выпьете со мной?

Хатч колебалась.

— Если вы откажетесь, я пойму. И мне будет очень жаль. — Она достала бутылку и налила в два стакана. — Если вам от этого станет легче, то я скажу вам, что в Корпорации думают так же, как вы. Они обвиняют меня в смерти Вальда. Я должна буду предстать перед судом общественности.