Хранитель подземелий. Возрождение Хранителя

***

С боя у стен Гилеарда прошло с неделю. Жители селения оправились от потрясения, давно уже оплакали погибших, а Арстель если и был старостой, то лишь по чину, никто не думал напрягать его организаторскими задачами. Кёрка погребли под осиною на крестальском кладбище, рядом с его покойной тетушкой, в которой он души не чаял. Брока же кремировали, а прах развеяли по ветру, что соответствовало желанию молодого воина с вольным характером. Открытие и подготовку к празднеству взвалили на свои плечи Уравнители, поскольку Алагар счел, что сбор в одном месте Карателей и жителей Крестала – первый шаг на пути к объединению народа и стражей закона. К тому же, он надеялся обрести в лице Ганрайского Демона союзника. Наставник тайного общества, мечтавшего о равенстве, понимал, что будет присутствовать и его учитель, а старый хаглорианец никоим образом не проникся идеями общины алагаритов, и намерений их не разделял. Убедить его не удавалось, да и сам Архимаг куда-то запропастился, уже пятый день подряд в Крестале о нем ни слуху ни духу.

Ранним утром Арстель, уже растопивши печь и начавши пришивать сукно к древесной подошве, услышал стук в парадную дверь.

– Кого это принесло в такую рань? Хельд, наверно, – пробормотал Арстель, прогоняя последние остатки недавнего сна, – надеюсь, он ненадолго, до веселий мне нужно заштопать партию башмаков для заказчиков из Бёрнфилда…

Он отворил плотную дверь, которая хоть и с жутким скрипом, но подалась. За ней не было никого, но крестальцы и алагариты уже сновали по улице, на которой жили ремесленники, готовясь к празднеству. Вот земледелец Гранаш куда-то торопится, а Харал Глыба несет охапку бревен в свой сарай. Сапожник уже захлопнул дверь, как вдруг в паре сантиметров от его носа оказалось лицо Юкиары. Заведя руки за спину, она, беспечно улыбаясь, словно не она только что проникла без спроса в чужое жилище.