В шаге от пропасти

— Блядь, да как же ты достала… Люблю я тебя! Люб-лю! Неужели непонятно? — взревел Дымов и тут же засадил кулак в стену.

Таня вздрогнула от неожиданности. Смысл сказанного дошел не сразу. Сердце на мгновение замерло и вновь забилось о ребра. Не лучшая обстановка и не самое романтичное признание, но столько в этом было чувств и искренности, что мелкие мурашки забегали по коже.

— Стас… — она подошла сзади и робко коснулась ладонью его плеча. — Ты сейчас серьезно?

— Нет, блин, просто так ляпнул, — фраза насквозь была пропитана сарказмом. Дымов и не пытался его скрыть. Всегда считал, что его любовь — на поверхности, и о ней необязательно говорить вслух. Но сегодня нарушил все внутренние установки и впервые открыто заявил о своих чувствах.

Куликова обняла его со спины и сомкнула руки на ребрах. Явственно ощутила, как тяжело вздымается мощная грудь, как учащается пульс и напрягаются мышцы. Все это выдавало его переживания.

— А почему ты не говорил об этом раньше?

Таня так давно мечтала услышать эти слова, что теперь они имели особую ценность. Конечно, она иначе представляла себе этот момент, но тогда это был бы не Дымов, с его непредсказуемостью и твердостью характера.

— Мне казалось, это и так видно… — он развернулся к ней лицом и удобно разместил ладони на ее талии.

— Ну, знаешь, по твоему поведению не так просто было догадаться.

Куликова обвила его шею руками и мягко улыбнулась. Наверное, в первый раз за этот день. И до сих пор не могла поверить в то, что ее мучениям пришел конец. Столько проблем можно было избежать, столько времени сэкономить, но они выбрали отнюдь не самый легкий путь к своему счастью.

— Я предупреждал, что вся эта ванильная хрень не про меня.

— Это я уже поняла… Но все равно люблю тебя таким, какой ты есть.

Стас накрыл ее губы своими, но не спешил проникать внутрь, наслаждался их пьянящим сладким вкусом. И как он только собирался жить без ее поцелуев и ласковых прикосновений? Как вообще сумел выдержать эту пытку?

— И я очень благодарна тебе за то, что ты оказался рядом в трудный момент.

Куликова вдруг с ужасом осознала, как глупо себя повела, — в суете она не успела сказать даже «спасибо», а потом накинулась с претензиями и упреками, совершенно позабыв о том, что этот человек спас ей жизнь. Невзирая ни на что, рискуя собой, рьяно бросился на ее защиту. А она все еще продолжала требовать какие-то признания, настолько зациклилась на словах, что вовсе не обратила внимания на поступки. Но в них заключалось гораздо больше смысла.

— Забыли об этом, — отмахнулся Дымов и крепче обнял Таню.

Категорически не хотел возвращаться к этой теме, заново переживать все те эмоции и думать о том, что было бы если… Знал, что еще одну потерю близкого он бы точно не выдержал — сломался.