Электронная книга - «Девочка Дьявола. Без иллюзий. Книга четвертая». Краткое содержание книги:
— Она замечательная, — улыбнулась я, отмечая, что голос Алехандро звучал ровно, будто он желал забыть тот неприятный разговор, случившийся в мой день рождения. Я со своей стороны тоже посчитала верным не вспоминать об этом небольшом инциденте, но все же теперь держала парня на расстоянии, как мне и посоветовал Ричард.
— Я сейчас на Косте. Мы на выходных собираемся в Тарифу. Присоединяйся.
— Спасибо. Но не получится. У меня много учебы, — тактично отказала я.
— Ты не передумала преподавать? — поинтересовался он. — Группа будет укомплектована к первому октября, и мне нужно знать, ты в деле?
— Буду рада помочь, — уверенно произнесла я.
— Ок, я скину тебе координаты, куда подъезжать, и с тобой свяжется Сиена. Она тоже будет преподавать и введет тебя в курс дела.
Сиена — девушка, которой Алехандро в свое время запретил заниматься серфингом из-за травмы ноги, оказалась даже дружелюбней, чем я рассчитывала. Мы быстро нашли общий язык на почве все той же ее травмы, которую она получила на горнолыжном курорте, и я понимала ее, как никто другой, когда она рассказывала, насколько тяжело ей дался курс реабилитации.
Пока Макартур парковался на стоянке бизнес-академии, можно было увидеть, как некоторые родители вели своих малышей к боковому входу бизнес-академии, где в одной из аудиторий и проходили наши занятия.
— Может быть, лучше парковаться где-нибудь подальше? — тихо спросила я у Макартура, не желая показывать своего статуса.
— Нет, мисс Харт. Инструкции, — произнес он и вышел из машины, чтобы открыть передо мной дверь.
— Ну да, инструкции, — произнесла я в пустоту салона и, все равно не дожидаясь Рэндалла, вышла из машины, бросив ему на ходу: — Я закончу, как обычно в семь.
Макартур с каменным видом кивнул, а ко мне уже несся Замир — малыш семи лет, которого я про себя называла “моторчик” из-за его гиперактивности. Сзади стоял его отец — марокканец, который вежливо кивнул нам с Макартуром в знак приветствия.
— Сеньорита Харт! Что я вам расскажу! — Замир подбежал ко мне, но, увидев Макартура, остановился, и мне пришлось ускорить шаг в своей узкой длинной юбке, чтобы не пугать ребенка лишний раз грозным видом моего телохранителя.
— Я вчера поймал ящерицу! — тараторил он по-испански. — И у нее оторвался хвост!
— Знаешь, как будет по-английски “ящерица теряет свой хвост”? A lizard loses its tail.
— А lizard loses its tail, — повторил он и, оставив в памяти это словосочетание, как яркое воспоминание, спросил: — А вы нам сегодня расскажете еще про Тигра?
— Обязательно! — воодушевленно выпалила я. — Но только с одним условием. К следующему уроку ты выучишь действия, которые выполнял Тигр в моем рассказе.
— Договорились! — по-взрослому кивнул мальчик, и, пока мы шли по коридору, ко мне уже подходили и другие мои маленькие ученики.
— Сегодня мы с вами узнаем, где побывал наш Тигр, — прохаживаясь между рядами, произнесла я, кладя каждому моему ученику распечатку с текстом из учебника, а также яркие карточки, которые мы с Авророй делали накануне весь вечер.
Но не успела я произнести и первого предложения, как в дверь постучали, и на пороге появился Алехандро с Ибби.
— Извините за опоздание, — серьезным тоном произнес он, внимательно рассматривая мою новую короткую прическу. — Мы с сестрой тоже хотим послушать урок, можно?
— Да… — стушевалась я от неожиданности
Алехандро профессиональным взглядом осматривал класс в пятнадцать человек, пока Ибби молча смотрела на меня и тоже изучала мою новую прическу. Как оказалось, она умела быть прилежной ученицей — не пыталась заговорить со мной, как подруга, и поздоровавшись со всеми, ждала, когда я предложу ей и ее брату присесть за свободные парты.
В отличие от родителей, которые ждали малышей в коридоре, я не могла отказать организатору центра, который, вероятнее всего, хотел посмотреть на мой уровень и методику преподавания. Но мои ученики оказались проворнее:
— Тебе уже поздно учить английский, тебе в другую группу нужно! — тут же выступил Замир, и дети расхохотались.
Ибби хихикнула — ей определенно нравился весь этот театр, а Алехандро, который знал, как общаться с детьми, не растерялся. Опустив голову, словно от раскаяния, он произнес:
— Не выгоняйте меня, пожалуйста. Плохо учился, теперь никуда не берут без английского.
“Актер, истинный политик…” — покачала я головой, а вслух произнесла:
— Ну как, позволим Алехандро поучить вместе с нами английский?
— Да! — хором ответили они, и я показала ему на самую дальнюю парту, чтобы он не отвлекал детей от процесса.