Насколько прочно Основание
- Автор: Вебер Дэвид Марк
- Серия: Сэйфхолд #5
- Язык: русский
- Переводчик: Николай Порфирьевич Фурзиков
- Жанр: Боевая фантастика
Электронная книга - «Насколько прочно Основание». Краткое содержание книги:
Чаризанская империя, рожденная в войне, всегда знала, что должна бороться за свое выживание. Однако большинство его субъектов даже сейчас не знают, насколько больше он борется. Император Кейлеб, императрица Шарлиан, Мерлин Атравес и их самый близкий круг самых доверенных советников знают. И потому, что они это делают, они знают, что наказание, если они проиграют, будет намного хуже, чем их собственная смерть и уничтожение всего, что они знают и любят.
Use the arrow to expand or collapse this section
В течение пяти лет Чарис пережила всю Церковь Бога, и коррумпированные люди, которые контролируют ее, бросили на островную империю. Цена была высока и оплачена кровью. Несмотря на цепочку упорных морских побед, Чарис все еще находится в обороне. Он может держаться в море, но если он хочет выжить, он должен победить Церковь на своей собственной земле. Но как он вторгается на материк и ведет войну с врагом, население которого превышает его собственное пятнадцать к одному? Как это мешает этому массивному противнику восстановить свои флоты и снова атаковать?
У Чарис нет ответа на эти вопросы, но ей нужно его найти…быстро. Жестокие пытки и отвратительные казни инквизиции уносят все больше и больше невинных жизней. Его агенты разжигают восстание против единственных материковых королевств, симпатизирующих Чарис. Религиозные террористы были отправлены, чтобы сеять хаос против подданных Империи. Убийцы преследуют императора и императрицу, их союзников и советников, а также невинного мальчика, которому еще нет одиннадцати лет, чей отец уже убит. И Мерлин Атравес, кибернетический аватар молодой женщины, умершей тысячу лет назад, наконец узнал, что спит под далеким храмом в Церкви Бога, ожидающего города Сиона.
Мужчины и женщины, борющиеся за свободу человека и терпимость, построили фундамент для своей борьбы в Империи Чарис своей собственной кровью, но будет ли этот фундамент достаточно прочным, чтобы выжить?
Тот факт, что обвиняемые в государственной измене предстали перед судом Корисанды, перед пэрами и духовенством Корисанды, а не перед оккупационным судом Чариса, вселял надежду, но все, кто стоял за этими приветственными криками и вывешенными знаменами, чтобы приветствовать ее, знали, что Шарлиан Армак могла бы решить любую судьбу по своему выбору, если бы захотела.
И это было то, что отличало сегодняшние аплодисменты. Она могла бы распорядиться любой судьбой, которую выбрала… и она решила соблюдать закон, как и поклялся ее муж перед Чарисом. Никаких тайных арестов, никаких осуждений на основе признаний под пытками, никаких тайных обвинителей, которым никогда не приходилось сталкиваться с обвиняемыми, публичные судебные процессы и открытые приговоры, вынесенные открыто. Правда, практически все эти вердикты были обвинительными, но даже в этом случае все было по-другому, потому что доказательства — доказательства — были ошеломляющими и совершенно изобличающими. Никто ни на мгновение не сомневался, что любой, обвиненный в измене князю Гектору, также был бы признан виновным, но никто также не сомневался, что Гектор не видел бы особых причин беспокоиться о таких вещах, как свидетельства и доказательства.
Правда, она отменила некоторые из этих приговоров, но, в отличие от Гектора, это было сделано не для того, чтобы осудить тех, кто был оправдан. Вместо этого почти четверть тех, кто был осужден, были помилованы. Не потому, что был какой-то вопрос об их вине, а потому, что она решила простить их. Это была даже не общая амнистия, освобождающая от тюрем, которую некоторые правители провозгласили в качестве грандиозного жеста при вступлении на престол, или по случаю свадьбы, или по случаю рождения наследника. Нет, она помиловала конкретных людей, и в каждом случае лично перечисляла причины, по которым решила проявить милосердие.
И она продолжала делать это, несмотря на попытку убить ее на самом троне.
Корисанда к этому не привыкла. Если уж на то пошло, практически ни одно государство Сейфхолда не привыкло к этому, и Корисанда все еще не знала, что с этим делать. Но Корисанда знала одно — Шарлиан Армак, заклятый враг и главный ненавистник Корисанды, сильно отличалась от кого-то вроде Жаспара Клинтана или даже Гектора Дайкина. Возможно, она все еще была — по крайней мере, технически — врагом, и, конечно, она оставалась одной из иностранных властительниц, которые завоевали их собственное княжество, но она также завоевала кое-что еще во время своего визита в Манчир.
Она покорила их сердца.
— Я бы не поверил в это, если бы не видел собственными глазами, ваше величество, — сказал генерал Ховил Чермин, выглядывая из окна кареты. Он хотел сопровождать Шарлиан верхом в составе охраны, но она настояла на том, чтобы он вместо этого присоединился к ней в экипаже. Теперь он покачал головой и махнул рукой ликующей толпе, которая выстроилась вдоль улиц на всем пути от дворца до набережной. — Я помню, какими были эти люди сразу после убийства Гектора. Я бы не дал и харчонгского медяка за вашу жизнь, если бы вы тогда приехали в Манчир.
Выражение обветренного лица морского пехотинца было мрачным, и Шарлиан нежно улыбнулась ему. На лице Чермина появились морщины, которых не было до того, как Кайлеб назначил его генеральным вице-королем империи здесь, в Корисанде. Его темные волосы также полностью поседели за время пребывания здесь, а густые усы тоже были почти полностью седыми. И все же его карие глаза были такими же настороженными, как всегда, а его массивное, мускулистое тело все еще выглядело бесспорно крепким, подумала она. И так и должно быть, потому что если бы ей пришлось выбрать одно-единственное слово, чтобы описать Ховила Чермина, это было бы «твердый».
— Что ж, судя по всем отчетам, которые я видела, мы многим обязаны вам, генерал, — сказала она, затем поморщилась, когда карета ударилась о неровную брусчатку и послала укол боли в ее все еще несросшиеся ребра.
— И если бы я выполнил свою работу немного лучше, ваше величество, — прорычал он, очевидно, не пропустив ее вздрагивания, — я бы убил этого ублюдка Хейнри — прошу прощения за выражение — прежде, чем он был так близок к тому, чтобы убить вас. — Его лицо на мгновение стало таким же железным, как и цвет его волос. — Его величество никогда бы не простил меня за то, что я позволил чему-то подобному случиться!