Выброшенный в другой мир, книга первая

Утром она в первую очередь занялась собой, а потом одела сына. После этого он мужественно выпил горький отвар, и они, взявшись за руки, пошли на завтрак. Стул был низковат, но Дорн это предусмотрел, и кто-то из слуг положил на него подушку.

Когда Аликсан вошёл в трапезную, управляющий представил Алекса, а герцог серьёзно кивнул, приветствуя нового гостя. Альда с удивлением заметила, что с появлением мальчика к ней стали относиться с ещё большим уважением, чем раньше.

После каш, которыми его пичкали в лазарете, мальчик немного переел, и его начало клонить в сон. Обругав себя за то, что не уследила за сыном, Альда повела его обратно в свою комнату досыпать. По пути их догнал Джолин.

– Подождите, госпожа Буше. Мне надо сказать вам несколько слов. Я хочу извиниться за своё поведение. Герцог устроил мне выволочку из-за того разговора у лестницы. Я был на вас зол, думал, что это вы нажаловались. Оказалось, что наш разговор слышал слуга. Если бы к герцогу обратились вы, он не ограничился бы одними словами. Я прочитал бумаги по вашему делу и убедился в ложности обвинений. Прошу простить за те слова во дворе. Это было недостойно. У меня нет возможностей барона Лишнея, но вы всегда можете ко мне обращаться. Что смогу, я для вас сделаю. – Поклонившись, он повернулся и ушёл.

«Вот тебе и бабник, – подумала Альда. – Видимо, герцог не зря держит его при себе».

Возле двери её комнаты дожидался слуга с большим свёртком.

– Госпожа, – поклонился он, – это вещи господина Алекса. По приказу барона Лишнея один из охранников, которые сопровождали управляющего в баронство Ксавье, собрал одежду и обувь молодого господина и привёз вам.

Поблагодарив, девушка пошла укладывать сына спать. Позже она посмотрела передачу и обнаружила три костюма, рубашки, тёплый плащ с капюшоном и зимнюю обувь. Теперь у ребёнка было всё необходимое.

Прошли пять дней, которые были заняты вознёй с Алексом, посещениями отца и редкими посиделками с новыми подругами. Альда приобрела опыт общения с ребёнком и перестала тяготиться обязанностями матери. Опять появилось свободное время, а вместе с ним и желание чем-нибудь заняться, поэтому она попросила Лани показать борьбу для девушек. Подруга привела её в свою комнату для занятий и показала, чему научилась, вволю поваляв по полу более крупную и сильную девушку. Альда же, как ни старалась, так и не смогла зацепить ловкую, вёрткую девчонку. Это было обидно и вызвало желание заняться самой. Но замшевый костюм не годился для занятий. Он прекрасно облегал фигуру, но стеснял движения и не мог соперничать с мешковатой одеждой Лани.

– Если будешь заниматься, Аглая сошьёт за вечер, надо только снять мерку, – сказала Лани. – Леоре такой пошили. Она с месяц со мной занималась, но потом бросила. По-моему, зря.

Этим же вечером Альда навестила швею, а на следующий день, перед обедом, Лани валяла её уже в новом костюме. Алексу тоже было интересно, чем они занимаются, и он некоторое время мешал занятиям, но вскоре борьба надоела и он от них отстал. Первые дни Лани показывала ученице разминку и базовые упражнения. Альда оказалась от природы очень гибкой и сильной для своих возраста и роста. Растяжки были хорошие, память – превосходной, а терпения и настойчивости хватило бы на двоих. Дело начало быстро продвигаться вперёд, и очень скоро занялись уже отработкой простых связок. Однажды во время тренировки в комнату зашёл герцог. Посмотрел на лежавших на полу потных и растрёпанных благородных дам в мятых кимоно, хмыкнул и вышел из комнаты. Сразу же в коридоре раздался громкий вскрик и звук падения тела. Не сговариваясь, «спортсменки» выбежали в коридор. На полу, скорчившись, лежал герцог, тщетно пытавшийся втянуть в себя воздух. Рядом с очумелым видом, держась за голову, сидел Алекс. Лани бросилась к брату, пытаясь помочь, а Альда устремилась к сыну.