Парламентская Фронда: Франция, 1643–1653
- Автор: Малов Владимир Николаевич
- Год: 2009
- Язык: русский
- Год: Наука
- ISBN: 978-5-02-035977-2
- Жанр: История
Электронная книга - «Парламентская Фронда: Франция, 1643–1653». Краткое содержание книги:
Дело в той асинхронности, которой отличались французские и английские события. Когда Долгий Парламент начинал свою борьбу, парижские судьи склонили головы под иго Ришелье. Когда Парижский парламент при регентстве Анны Австрийской начал проявлять систематическую оппозиционность, лондонский уже вел открытую войну со своим королем и даже побеждал его на полях сражений. В тот самый день 16 декабря 1648 г. (6 декабря ст. ст.), когда парижские парламентарии на общем заседании задиристо распекали вождя королевских армий Конде, английская революционная армия провела знаменитую «Прайдову чистку», насильственно исключив из парламента две трети его членов — умеренное большинство Палаты Общин. Разве могли французские юристы признать законность этого акта? Разве могли они счесть законными все решения лондонского «Охвостья» парламента и в особенности процесс Карла I, который и вообще-то может быть оправдан только с помощью пресловутого «революционного правосознания» — суд без прений, без защитника, без последнего слова подсудимого, при грубом давлении на судей Кромвеля и компании, добившихся лишь того, что смертный приговор был вынесен меньшинством (62 из 135) членов специально назначенного «Охвостьем» трибунала?
В общем, время Парижской войны (которую, напомним, французские парламентарии вели совсем не против короля, а против «похитившего» его министра) было самым неподходящим для усвоения английских уроков. Тем более, что возникли опасения: некоторые парижские генералы не прочь повторить опыт «чистившего» парламент в Лондоне полковника Прайда, чтобы предотвратить примирение Парижа с двором. Эту идею развивал перед Гонди герцог Буйон 20 февраля, на другой день после неудачи с представлением испанского посланца («Единственное действенное и не паллиативное лекарство — вовремя подумать о чистке парламента»), и коадъютор с трудом отговорил его от этой авантюры[726]. Явившиеся служить Парижу аристократы уже проявляли желание стать его хозяевами…
Известие о казни Карла I, безусловно, усилило склонность к примирению и в Париже, и в Сен-Жермене. Противоборствующие стороны почувствовали непредсказуемость и рискованность гражданской войны. Вместе с тем нельзя считать это известие «первотолчком» к переговорам: как мы видели, зондажи об их возможности имели место еще в начале февраля, когда стала выясняться тупиковость сложившейся ситуации.
Между тем в конце февраля правительственным войскам удалось добиться решающего успеха в замыкании продовольственной блокады Парижа: столица была надежно отрезана от своей житницы Бри.
22 февраля армия Конде взяла замок Лезиньи, а 24-го начались бои за Бри-Конт-Робер, где стоял тысячный гарнизон парижской армии. После отчаянного сопротивления комендант заперся в местном замке, согласившись капитулировать через сутки, если не получит помощи. Однако совет парижских генералов, собравшихся 25 февраля, решил предоставить Бри его участи, и утром 27 февраля гарнизон капитулировал.
Правда, временную «компенсацию» за это поражение парижане получили: чтобы взять Бри-Конт-Робер, Конде стянул войска от самого Сен-Дени, оголив «северный фронт» блокады. Воспользовавшись этим, 26 февраля ратуша организовала массовый «поход за хлебом» к Гонессу и его окрестностям.
Полторы тысячи частных повозок доставили в столицу большое количество зерна и муки. Закупаемое в Гонессе по цене 18–24 л. за сетье зерно власти после ввоза в Париж отправляли прямо на Главный рынок, где продавали в пользу доставивших его хозяев по 40 л. за сетье[727]. Кто не имел повозок, отправлялся в далекий путь верхом или даже пешком.
Но этот успех мог иметь лишь временное значение, а потеря Бри стала постоянным и весьма неприятным фактором. Во второй половине февраля цены на зерно на Главном рынке, как будто успокоившиеся в начале месяца на достигнутом высоком уровне, возобновили свой рост.
Сетье пшеницы высшего качества, продававшееся 13 февраля по 41 л., 27 февраля стоило 48 л., а 3 и 6 марта — 60 л.; это была максимальная цена за все время Парижской войны, установившаяся как прямое следствие потери Бри. За ту же неделю на 25 % подорожало сетье ржи низшего качества: с 20 л. 24 февраля до 25 л. 3 марта (напомним, что 6 января его цена была 6,75 л.).
Это не было еще катастрофой: у зажиточных парижан были запасы продовольствия, помогали и «мешочники» из соседних деревень, с риском для жизни доставлявшие на своих плечах зерно в столицу, обходя королевские дозоры (а иногда и отдавая часть зерна солдатам — о такой «коррупции» источники тоже упоминают)[728].
726
Retz J.P. Op. cit. Paris, 1935. T. I. P. 241.
727
Dubuisson-Aubenay N.-Fr. Op. cit. P. 178.
728
У двора тоже были проблемы с продовольствием. Как свидетельствует дочь Гастона Орлеанского, «в Сен-Жермене часто не хватало припасов, поскольку расположенные в окрестностях войска забирали для себя всё, что к нам везли» (Montpensier A.-M., Mlle de. Op. cit. P. 210).