Избранные произведения в одном томе

Генри снял видеошлем. Солнечные лучи согревали комнату. Хатч посмотрела в окно и увидела там «Утренний Бассейн», музей Ивера, «Эльта Парк» и вдали — памятник Вашингтону.

— Очень хорошо, что вы принесли мне это, — сказал он. — Можно мне сделать копию?

— Конечно. — Она ждала, что он оценит важность сообщения.

— Итак. — Он сложил на груди руки и удобно откинулся в кресле. — Как у вас дела?

— Хорошо, — ответила она.

— Что-то не так? — спросил он. — Вы держитесь напряженно.

— Генри, вы, кажется, совсем не удивились.

Выражение его изборожденного морщинами лица не изменилось.

— А почему вас это удивляет, Хатч?

— Существует второе историческое прерывание на Ноке. По два на обеих планетах! Здесь есть определенная тенденция.

Генри изучающе смотрел на нее поверх широкого стола. У него был большой кабинет, заполненный реликвиями, напоминавшими о его карьере.

— Вы считаете, что Орикон пострадал в одном из таких событий?

— Конечно. А как иначе объяснить исчезновение цивилизации, которая могла строить монорельсы?

— Хатч, речь идет о неподтвержденных фактах. Мы хорошо осведомлены о делах на Ноке. Вам бы следовало знать, что у Эмори вообще есть склонность к необоснованным умозаключениям. Но, конечно, в данном случае мы действительно столкнулись с любопытным совпадением. Он ведь говорит, что последние находки относятся к 16000 году до нашей эры. — Генри выжидающе посмотрел на нее.

Она не поняла, к чему он клонит.

— События на Куракуа, — подсказал он, — были разделены периодом в восемь тысяч лет.

— …А на Ноке периодом в шестнадцать тысяч лет. В два раза больше. Но о чем это говорит?

Он пожал плечами.

— Кратное восьми, но какое это имеет значение? — Он выглядел старым. Движения замедленные, и чувствовалось, что они требуют от него значительных усилий.

— Кратное восьми? А мы не знаем, происходили ли на Ноке какие-нибудь события около 8000 года до нашей эры?

— Возможно, что не происходили. Современный цикл цивилизации начался на три тысячи лет позже. — Он внимательно изучал поверхность стола. — Я понимаю причины одного совпадения. Но только одного.

— Какое же второе?

— Сходство между Оз и кубическими лунами.

— Итак, что мы будем теперь делать?

— Я ухожу на пенсию, — ответил он. — И надеюсь, что у меня будет на что жить, после завершения всех дел с юристами.

— Генри, вы не можете просто так выйти из игры…

— Вот это уж, позвольте… Я-то как раз и могу. — Он покраснел и перегнулся к ней через стол. — Вы хоть понимаете, что все это значит для меня? Меня вышибают под барабанный бой и обвиняют в смерти друга. — Подбородок его задрожал. — И, спаси меня Бог, может, они и правы.

— Но вы нужны нам.

— И мне вы нужны. Мы с вами выбрались из ада. Там я принял решение, с которым мне придется прожить весь остаток жизни. Теперь вы разговариваете со мной в обвинительном тоне. А где вы были сами, когда мы пытались найти решения некоторых вопросов? Что вы сами-то сделали, кроме того, что висели на этом проклятом проводе и создавали панику? Вы что, на самом деле думали, что мы не знаем, что происходит? Мы нырнули туда, прекрасно понимая, что делаем, Хатч. Мы все.