Всего лишь спор [СИ]

Как будто и не было ни неприязни, ни симпатии. И всех криков, споров, ссор, и поцелуев, объятий и примирений.

Да что ж это такое?! Что за отстраненность?! Как будто мы все получили желаемое и потеряли к этому интерес. Разве так должно быть?

К концу пары я была уже в совсем мрачном состоянии. И уже потом спихнула все эти скачки в настроении на особенные дни. А пока что старалась не показывать, что мой настрой изменился.

По окончанию лекции мы, все так же не контактируя друг с другом, собрались и пошли на выход. В полном молчании вышли из аудитории, где нас тут же нагнала Иванка. Впрочем, не только она.

— Привет, — поздоровалась с нами одногруппница, остановив взгляд на мне. Парни в ответ лишь кивнули. — Ты в пятницу пары пропустила, — заметила она в первую очередь. Я бросила злой взгляд на Сомарова, вспомнив его нахальство.

— Проспала, — раздраженно ответила я, и вновь глянула на подругу. — А что, что-то важное было?

— Да нет, просто удивилась, — Иванка тоже посмотрела на Кирилла. Взгляд её был слегка растерянный. — А у тебя все хорошо? — зачем-то поинтересовалась она. Сомаров задумчиво посмотрел на меня, все еще ничего не говоря.

— Ага, хорошо, — мой голос прозвучал весьма безразлично, заставив нахмуриться подругу и изогнуть брови Солдатова.

— Сомаров, — прозвучал совсем недружелюбный голос сбоку. Кирилл лениво посмотрел на Дмитрова, а это был именно он. Мы с Иванкой замолкли, глянув на парня. А ему что надо?!

— Что? — безразлично приподнял брови Сомаров.

— Разговор есть, — коротко ответил тот.

— О чем? — все еще оставался невозмутимым Кирилл.

— Об этой шлюхе, — кивнул он на меня. Я поежилась. Опять двадцать пять.

Сомаров перестал быть безразличным. Его взгляд стал сосредоточенным и внимательным. Он, сузив глаза, посмотрел на приятеля, и подошел к нему ближе, миновав всех нас.

— И что же о ней говорить? — с ухмылкой поинтересовался он, внимательно глядя на Александра.

— У нас был уговор, — напомнил тот ему, а за его спиной появились и остальные его дружки, предположительно участвовавшие в заключение этого самого уговора. Кирилл обвел и их взглядом и вновь посмотрел на Дмитрова.

— И? — протянул он как-то лениво.

— И говорят, что ты её уже трахнул, — внимательно посмотрел Александр на Сомарова. Тот хмыкнул. А потом резко ударил его по лицу. Дмитров от неожиданности полетел на пол, под взглядами практически всех присутствующих рядом.

— А мне плевать, что говорят, — резко отозвался Кирилл, присев на корточки перед парнем, и сцепив пальцы в замок. — Она — моя, — отчеканил он. — Кто притронется к ней хоть пальцем — урою, ясно? — в его голосе зазвучала угроза.

— Эй, Сомаров, ты че? — вклинился Малышев. Сомаров медленно подвелся на ноги и глянул на него.

— Есть претензии? — склонил он голову набок.