Советская Россия, Аравия и Персидский залив. Документированные страницы истории

О первой аудиенции у йеменского короля Г. Астахов вспоминал так. Во дворце имама, где располагались покои короля и его канцелярия, проживал в свое время турецкий генерал-губернатор. Советскую делегацию проводили в «большую, убранную коврами комнату в полуевропейском стиле, с креслами и столом». Встреча началась беседой с Рагиб-беем, человеком, отвечавшим за связи Королевства с внешним миром. Буквально через несколько минут вошел имам. Мы приподнялись с кресел, «поздоровались по-европейски» и потом все вместе уселись за стол. Такая встреча иноземцев, как выяснилось впоследствии из разговора с Рагиб-беем, являлась дворцовой формой приема «иноверцев», хорошо продуманной протокольной службой короля. Дело в том, поясняет Г. Астахов, что имаму не к лицу было «вставать перед “неверными”», но в то же время ему не хотелось и выглядеть человеком невоспитанным, «встречая своих гостей сидя». Поэтому и появилась такая форма, «не задевавшая достоинства ни той, ни другой стороны».

Имам Йахйа, делится своими впечатлениями Г. Астахов, одетый в халат, с саблей на поясе и с четками в руках, напоминал собой «персонаж из библейских времен». Слегка тучный, с окладистой бородой, он был «активен, внимателен и восприимчив в разговоре». Глаза его, то и дело, «перебегали с одного собеседника на другого». В качестве толмача выступал Рагиб-бей. То, что говорил имам, он переводил на французский язык, а то, что мы, – на арабский.

Имам был человеком, «ни разу в жизни своей не побывавшим за границей», но, вместе с тем, «прекрасно ориентировавшимся в проблемах мировой политики» и досконально знавшим обо всем, что происходило в его королевстве. Вполне обоснованно, замечает Г. Астахов, имам Йахйа мог сказать о себе, что государство – это он. «В руках его находились армия и государственный аппарат, казна и неисчислимое личное богатство в виде запасов золота и сокровищ, унаследованных от предков». Ему принадлежали «лучшие земли в стране, лучшие дома и сады в столице и близ нее». В его «закрома стекалась лучшая часть ежегодного кофейного урожая». К нему перешло «все изъятое у турок имущество». Он владел и «зачатками индустрии» в столице: «электростанцией, типографией, купленным у итальянцев оружейным заводиком, хлопкоочистительной машиной и мельницей». Смело можно утверждать, резюмирует Г. Астахов, что имам Йахйа не только величаво царствовал в своем королевстве, но и умно управлял им.