Тайна эльвернитов

— Пока не поедите, ничего не верну! — и взгляд упрямый, насупленный. Спорить бесполезно.

— Сайян, это не смешно! У меня сроки!

— Гастрит — это тоже не смешно, так что сначала завтрак. Будете упираться — на руках в столовую отнесу.

— И как ты себе это видишь? Я тебя одним ударом вырублю…

Муж лишь пожал плечами и отвернулся. Все. Он сказал, что хотел, дальше решать мне. Понятно, что могу вытрясти, могу приказать чуть более строго — отдаст. Могу… Но ведь он же заботится. И потом, мы вчера так хорошо вместе поработали. Тля, у меня в муже гибнет аналитик, надо срочно его натаскивать и обучать. Или не надо? У него же уже есть профессия, которая ему нравится. И меня она вполне устраивает.

— Хорошо, неси меня на руках, пусть девчонки завидуют, — почему-то стало вдруг весело, легко, захотелось пошалить. Так что я повисла у Сайяна на шее и всю дорогу до кают-компании громко покрикивала, привлекая внимание:

— Поберегись! Разойдись! Инвалида умственного труда несут питаться!

А после завтрака, когда я, бодрая и полная сил, снова разложила на полу карту и устроилась там же, с планшетом и распечатками состава экипажей со всех трех яхт, Сайян уселся рядом и спросил:

— Понимаю, что сейчас не совсем вовремя, но вы давно не рассказывали мне, как там Шадид.

Я молча встала, ушла в ванную, приняла контрастный душ… Наверное, впервые мне было очень сильно не по себе. Тля, мне было страшно, как никогда! Потому что я не знала, как ему сообщить, и знала, что должна сообщить это именно я. Не они, при встрече, а я. И сообщить это надо так, чтобы он не повесил эту вину на себя, ведь я даже снять ее с него не смогу. Но если он обвинит во всем меня…

Как я могла так привязаться к мальчишке? Глупость какая-то!

Глубоко вдохнув, я вновь оделась, потому что ругаться в халате, и уж тем более просто укутанной полотенцем, было… глупо, пошло и отвратительно по-инопланетному! Тля, как раз в стиле их мелодраматических фильмов про любовь и тупых кундеек.

Сайян по-прежнему спокойно сидел на полу. Увидев меня, встал, губы слегка приоткрыты, глаза прищурены, сам — одно сплошное напряжение. Матерь, он, наверное, ждет гораздо более страшной новости…

— Шадид тридцать два дня назад вылетел вместе с… Адиль Амаран с Мицарэ. Двадцать четыре дня назад они приземлились на Венге. И вот вчера они вылетели обратно…

Уф! Тля… И что теперь? Вообще-то, я ожидала хоть какой-то реакции. Ну не истерики, конечно, но… Хотя это очень в стиле моего мужа, просто сесть в уголочке и закаменеть. Ладно, информация сложная, подожду, пока переварит. Возьму планшет, буду смотреть списки и…

— Там в одной из команд постоянно меняется второй пилот, и каждый раз разные фамилии, — произнес памятник.

— Спасибо, — растерянно поблагодарила я.

Нет, подобная ситуация у меня, совершенно точно, впервые. Я не понимаю, как надо себя вести и как реагировать. Венговский мужчина даже мысленно не посмел бы сомневаться в моих решениях. Инопланетник, любой из тех, с кем я общалась, изначально проконсультировался бы с кем-нибудь из своих, чтобы не принимать на веру слова венговки. И виновата тогда бы была не я.