Роберт Фрипп — От Алого Короля до Искусного Мастера

РТ: На самом деле всё более и более объективизируется.

РФ: Но объективизируется неправильно. В каком-то смысле даже субъективизируется, то есть становится частной собственностью и выражается субъективно, вместо того, чтобы быть объективной собственностью всех, и выше того — она не принадлежит нам, это, в определённом смысле — акт благодати.

РТ: Она не может быть присвоена.

РФ: Совершенно верно, да; с таким же успехом можно пытаться присвоить погоду. Средневековая идея музыки в Англии, и что забавно, также и в Индии, состояла в том, что функция музыки — успокоить разум, дабы сделать его более восприимчивым к божественным воздействиям. Такова была функция музыки. Теперь, как мне кажется, функция музычки (muzak) — это отупить все чувства, чтобы человеком было легче манипулировать. «Музыка во время работы» — помните?! Я по молодости помню этот усыпляющий идиотизм. Идея М-У-З-Ы-К-И и амбиентных вещей Ино — в том, что действительно можно иметь музыку, успокаивающую разум — но при этом успокаивающую так, чтобы в этом можно было найти активный центр, а не сплошное подавление чувств.

По существу, разница между активным и пассивным состояниями состоит в том, что когда человек активен, он работает, всегда отталкиваясь от решения что-то сделать. Другими словами — поведение всегда намеренно, и никогда не реактивно, то есть привлекаемо или отталкиваемо симпатиями или антипатиями. Поведение всегда содержит в себе акт воли, если хотите. Разница между активным и пассивным восприятием концерта состоит в том, что если человек идёт на концерт, чтобы его развлекали, он будет пассивным — ваше внимание будет привлечено, потому что его соблазнит артист, собирающийся сыграть вам музыку, зная, что она вам понравится, так что в конце представления вы встанете на ноги, будете хлопать, кричать и т. д. В случае активного восприятия неважно, любите вы эту музыку или ненавидите. В каком-то смысле музыка — это всего лишь предлог, чтобы завладеть вашим вниманием тем или иным образом; и в случае, если артист также обязуется слушать то, что он играет (очень немногие музыканты слушают свою игру — это очень трудно, это требует усилия), если аудитория и исполнитель делают это усилие и если вы не прочь пободрствовать, то возможно нечто замечательное; гарантий нет, но это становится возможным. К примеру, вот красивый вид Уимборнского Собора, и если наши глаза закрыты, мы его не увидим — если бы глаза были открыты, могли бы быть закрыты занавески, но была бы по крайней мере возможность увидеть. И временами, очень редко, но всё же случались замечательные вещи в Фриппертронике. Один такой случай, который я особенно запомнил, был в июне 1979 г. в Вашингтонском Этическом Обществе; музыка сама по себе была не очень хороша, но дверь определённо открылась и там было… (этого вообще нельзя говорить в английской музыкальной прессе — даже в «Бристоль Рекордер») — но, определённо, дверь открылась. Используя некую традиционную терминологию — наверное, Музы тогда были на том уровне интеллекта, который отвечает за управление какими-то артистическими течениями, или что-нибудь в этом роде; в определённом смысле там была Муза — в той комнате было явное присутствие.