Среди огнистых камней

– Маша, у меня столько вопросов, что не знаю какой задать первый.

– Когда я попала сюда впервые, со мной было то же самое. Не торопись, Егор, все разъяснится само собой, с течением времени.

– Сколько я могу пробыть здесь?

– Сколько пожелаешь.

– Разве нас не ищут дома?

– Нет, Рауль остановил время, как только мы попали сюда. На нашей Земле продолжается тот самый вечер, когда Горг похитил нас.

– Рауль может управлять временем?

– Не в полной мере. Он не может попасть в будущее, а живет только настоящим, хотя весь его мир лежит в глубоком прошлом. Помнишь того маршозавра? Во власти Рауля затормозить или ускорить время, если мы находимся здесь, на этом острове. Причем мы не постареем здесь ни на минуту, даже если и проживем здесь сто лет. Здорово, да?

– Ты хочешь здесь остаться с ним навсегда? – уныло спросил он.

– Я не думала о таком варианте,– призналась я, смущенная волнением в его голосе. – Я просто хочу быть с ним рядом. И знаешь, этот чудесный мир не может здесь быть долго. Рауль сказал, что скоро здесь все разрушится, как и его физическая оболочка, и он скроется из виду.

– Почему это должно случиться?

– Это все из-за Горга. Весь этот мир похож на программу по защите свидетеля, он укрывает Рауля от Горга. Но, по необъяснимому случаю, Горг оказался здесь, скрываясь от основателей. Скоро они заберут его, и существование этого мира прекратится. Поэтому вряд ли я задержусь здесь надолго,– грустно подвела я итог своему рассказу.

Я сняла свои туфли и пошла по песку босиком. Нагретый солнцем песок пробуждал желание искупаться в море. Мы подошли к воде, и мои ноги коснулись теплой шипящей пены. Отпрыгнув от приближающейся волны, чтоб не замочить брюки, я пожаловалась:

– Жаль, что я не взяла купальник.

– Маша, можно спросить?

– Спрашивай, Егор.

– Если вы с Раулем знаете о такой развязке, то зачем нужно строить дальнейшие отношения? Вы же не сможете быть вместе?

Как ответить на такой вопрос? Меня охватывает полный ужас, когда я думаю об этом, мое сердце просто буквально перестает биться. С болью в голосе, я проговорила:

– Егор, ты уже мне ответил на этот вопрос. Ты сказал, что, несмотря на боль, можно получить столько счастья, что боль можно и потерпеть.

Егор слегка вздрогнул.

– Это было во сне,– напомнил он.

– Для меня это было реальностью.

Мы помолчали.

– Маша, ты все помнишь, что с нами было?

– Все. Скажи, Егор, ты уехал тогда, чтоб продать свою квартиру?

– Да. Я хотел поскорей вернуться, потому что чувствовал, ты опять на грани срыва. Я был прав?

– Да, я ужасно себя чувствовала. Не хочу вспоминать эти дни. Я так рада, что проснулась. И мы можем видеться теперь сколько угодно.

– А ты все еще хочешь видеться? – тихо спросил Егор, не глядя на меня.