Ошибки богов. Тетралогия (СИ)

Стоило мне только закончить фразу, как со знакомыми вспышками передо мной появилось два лица: мужское, принадлежавшее седому старику и женское, аристократичного вида, с заостренными ушами, напоминающее эльфийку.

– Вопрос интересный, сестра, – сказал старец, не обращая никакого внимания ни на меня, ни на толпу кентавров вокруг. – С одной стороны мы имеем пробужденных копытных, с другой, нельзя просто так забыть о причиненных ими разрушениях и отнятых жизнях.

– Да, Старший. Полностью согласна с тобой! – промолвило лицо призрачной девушки. – Но, послушаем, что скажет призвавший нас Избранный. Ведь, в конце концов, он исцелил немало наших подданных, а это многого стоит. И разрушенный Обелиск стоит включить в число его достижений.

– Обелиск… – задумался первый призрак. – Есть у меня одна идея. Избранный! Готов ли ты взять на себя ответственность прегрешений кентавров и выполнить наше задание, чтобы их племя смогло вздохнуть спокойно?

– Э‑э‑э, ребят, а вы ничего не попутали?! – возмутился я. – Да сколько можно на меня все перекладывать? Мне заняться, по‑вашему, нечем?! Мало мне в долине дел, так еще и оркам помочь надо, а вы хотите еще больше гемора добавить? Вон, целое племя кентавров освободилось!

По эмоциям призрачных лиц можно было понять, что они смущены.

– Видишь ли, какое дело, – начала девушка. – Только Избранный сможет помочь в том поручении, о котором мы хотели тебя попросить.

– Ты бы рано или поздно добрался до него самостоятельно, – вздохнул старец, – но раз уж так сложилось, что ты освободил кентавров так рано, придется нам ввести тебя в курс дела.

– Так, кыш, кыш! – зашикала девушка на окруживших их копытных. – Эта секретная информация! Нечего ушки свои греть! Кыш, кому сказала!

Толпа, окружавшая нас, мигом рассеялась, ускакав на противоположный конец поля.

– Видишь ли, Избранный, – приступил к рассказу старец. – В данной Вселенной испокон веков ведется некая Игра, определяющая развитие этого мира. Непосредственный наблюдающий корректор за ним поставлен Легат, он же Контроллер. Но, учитывая его некоторые промахи и упущения, сейчас он тесно сотрудничает с Селемине, можно даже сказать, что по званию она старше. Это то, что ты уже знаешь. Помнишь, что тебе говорили насчет последней войны? Хаос изгнан, в лесах остались только Червоточины и горстка Измененных. Чушь! – воскликнул старик. Девушка дернулась было в его сторону, но остановилась. – Мне попадет за то, что я тебе расскажу, но ты должен знать. Мы не избавились от сущности Хаоса окончательно! Собственно, от него невозможно избавиться, так как он неотъемлемая составляющая ноосферы. В этом мире осталось достаточно точек, через которые Хаос до сих пор влияет на этот мир, а повлиять на него не в силах практически никто.

Старческое лицо прервало речь, взвешивая мысли, и продолжило:

– Даже сейчас мы не вправе поведать тебе многое о ее Правилах, Игроках, Фигурах и прочих нюансах, но знаем точно, что очень немногие могут избавиться от тех же Обелисков, один из которых тебе удалось по странному стечению обстоятельств разрушить и не сойти с ума.

– Да я до сих пор не понимаю, что произошло! – не выдержал я. – Я только хотел попробовать, что будет, если прикоснуться к нему магией Света, а потом ба‑бах! И я лежу рядом, а Обелиска нет.

– Как думаешь, какие шансы у любого другого мага дойти до монолита и не сойти с ума? – мягко спросила меня девушка.

Вспомнив настойчивый голос, обещавший исполнение желаний, я призадумался.

– Существует ли магия Разума в этом мире? – наконец, спросил я Духов.

Оба лица одновременно отпрянули от меня, вытаращивая глаза.

– О‑о‑откуда ты?… начал женский лик.

– Насчет магии разума, – осторожно подбирая слова, сказал старец. – Мы даже не можем себе представить, откуда ты знаешь о запретной магии, известной далеко не всем. Но она существует, да. История ее табу лежит в далеком прошлом. Еще когда континент был един и…

– О нет, нет и нет! Избавь меня от экскурсий в историю! Хватит! – довольно грубо выкрикнул я, вспоминая ангелида, который нудным голосом вещал историю того или иного заклинания, когда я пытался медитировать. Дух, скорчил сердитую физиономию, но заткнулся. Ему на помощь пришла девушка.

– Но Избранный, ведь тебе стоит знать, из‑за чего ее запретили?… – смущенно поглядывая на старца, начала она.

– Нафига? Вот скажи мне – на‑фи‑га? – спросил я ее. – Меня больше интересует ваша роль в этой кутерьме. Почему бы вам не передать это знание наиболее доверяемому существу и не отправить его разрушать Обелиски? Там делов‑то! Он только в мозги лезет! Если черепушку защитить от магии разума, то молотком раздолбать можно. А если этот кто‑то еще и магией света будет владеть, то совсем просто! Или на всем континенте у вас больше никого не осталось, кто владеет ею?