Дорогой скорби: падение, огонь и покаяние

– Герольд Пустоты, ну у вас и звание, – сказал Флоренций.

– Не я так себя нарёк, а Ситис, когда…

– Когда, что?

– Когда я сюда прибыл.

Азариэль погрузился в воспоминания о своём приезде. Его до сих пор гложет, что Тилис не простил ему того, что он решил отправиться в одиночку и сразиться один против полчищ Люция. Ариан же смирился с этой участью, получив кольцо, но вот бывший Регент сильно раздосадовался тому, что последняя битва, рождённая старым конфликтом в Ордене, пройдёт без него и он никак не сможет внести свой вклад в победу или смягчение поражения. Чародей капитана судна мог телепортировать на остров, который указал на карте Азариэль, только одного, а плыть до него больше двух недель и поэтому Тилису пришлось отступить, но не простить.

Оказавшись на острове, у большой церкви Ситиса, только глас Отца Ужаса и слова капитана Клинков остановили местных жителей от расправы. Азариэль помнит, как неделю назад его приняли, как Капитан рассказал о том, что они приготовили остров к обороне и ждали только его.

– Как ты попал в Клинки, Флоренций?

– А зачем тебе знать?

– Просто так. Интересно знать историю человека, рядом с которым придётся умереть.

– Да что тут рассказывать. Пахал землю в детстве с родителями, пока на нашу ферму не напала банда чародеев. Они всех убили и воскресили, кроме меня. Не знаю почему, из меня сделали прислугу. В итоге они навлекли внимание братьев-рыцарей Клинков, и в разгаре битвы я зарубил главаря.

– И тебя призвали на службу?

– Да, так и есть. Меня воспитывали в месте, к северу от Брумы, в огромной крепости. Растили для битв и охраны императора, и когда пришёл час, отправили сюда. А твой путь каков?

Внезапно дверь в тесной келье со скрипом распахнулась, не дав сказать Азариэлю и слова, и из-за неё послышался грубый, отчего-то такой холодный и неестественный голос, разорвавший вуаль воспоминаний на разуме парня:

– Господин Герольд Пустоты, вас ждут на совете.

Азариэль отвернулся от окна и бесстрастно ответил:

– Хорошо, я там буду, – сказав, бывший рыцарь подошёл к сундуку и резким движением открыл его, оттуда достав меч.

Азариэль приложил свою ладонь к чёрной ручке и вновь почувствовал, как его наполняет уверенность и неистовое рвение к победе. Это только укрепило решимость парня. Бывший рыцарь даже не ведал, какая мощь скрывается в этом клинке и насколько он древний, но он прекрасно знал, что сегодня именно этим клинком он распорет грудь предателя и разрежет чёрное сердце безумного тирана.

– Пойдём на совет?

– Да, пора бы,

Альтмер перекинул клинок за спину и направился к выходу из кельи. Азариэль коснулся тяжёлой двери и с усилием толкнул её, покидая комнату вместе с Капитаном.