Господин горных дорог

Лисса, пытавшаяся завязать шнуровку на спине, застыла. Быстро осмотрела комнату, невысокие потолки с развешанными на веревках пучками трав, сундук в углу, маленький стол, камин и странную дровницу, точно сплетённую из веток. И девушку в полупрозрачном платье, сидевшую около Дерека. Осознание медленно проникало в голову, но Лисса всё ещё не могла отделаться от ощущения сказки или сна.

– Мы живём здесь втроём: я, Норей и Дигори. Мы… Тебе нужна помощь?

– Не могу завязать. Не видела таких… шнурков.

Лиссу тут же окутали тепло и запах трав, и в следующую секунду она почувствовала касания нежных тонких пальцев. Зера мгновенно зашнуровала платье.

– А можно я тебя расчешу? У тебя такие красивые волосы. И я так давно не делала причёсок.

Щебетание Зеры и то, как аккуратно она расчёсывала волосы, переплетала локоны друг с другом, успокаивало. Лисса не заметила, как оказалась на табурете рядом с камином, как начала вслушиваться в текучий рассказ, как страх и недоверие растаяли, будто их и не было.

– В моей… юности мне не разрешали носить распущенные волосы, – рассказывала Зера. – Мне делали красивые причёски с лентами, цветами, иногда даже с листьями и ёлочными ветками. Только это примиряло меня с участью выглядеть так, как просят.

– Поэтому теперь ты ходишь с распущенными?

– Да, всегда. Мне иногда хочется сделать причёску кому-то, но у нас почти не бывает гостей.

– А ты давно здесь живёшь?

– Очень давно, – по голосу Зеры было слышно, что она улыбается. – Так давно, что почти не помню места, где жила раньше.

Лисса вздрогнула. В комнате стало заметно холоднее. Огонь в камине беспокойно затанцевал: жёлто-рыжие язычки то уходили вверх, скрываясь в дымоходе, то опадали на серые горки пепла, тут же затухая. Даже травы в воздухе стали более терпкими, до горечи. Чувствовалась непонятная тревога.

Зера больно дернула волосы, закрепила край косы на затылке Лиссы и скользнула к окну. Шаги её были мягкими и тихими. Зера выглянула в окно, едва-едва сдвинув в сторону занавеску. Лисса увидела зимний лес, утопающий в сумерках. Но Зера тут же закрыла штору, повернулась. На её лице по-прежнему играла приветливая улыбка.

– А теперь тебе пора, – сказала Зера, снимая с крючка у двери длинный тёмно-зелёный плащ с меховым воротником.

– Но Дерек ещё не проснулся.

Лисса, повинуясь странному порыву, точно защищаясь от невидимого врага, вскочила на ноги и отошла на пару шагов к спящему мальчику. Внимательно следила за Зерой, которая продолжала улыбаться, но теперь в её улыбке виделась старательно скрываемая вина.

– Дерек… Тебе не нужно его ждать. Он не сможет уйти с тобой.

– Что? Почему?

Лисса присела рядом с Дереком, поднесла ладонь к его лицу. Он дышал. Она слышала тихое дыхание. Она видела, что он жив. Но нехорошее предчувствие, подпитываемое тревогой, не исчезало.