Песнь надежды. Том 6

Я пригнулся, пройдя под его лапой, разогнулся и со всей дури ударил кулаком прямо в голову. У ублюдка та аж в сторону дёрнулась, но он быстро пришёл в себя. Попытался ударить другой лапой и снова мимо, и я подступил ближе. Не оставляя ему возможности ответить, провожу ему прямо в рожу тройку. И это были не удары человека: руки летали как поршни в двигателе, сила была такой, что человека убило бы и с первого удара, глаза едва улавливали движения.

Вот оно что такое, быть оборотнем.

Но вместе с возросшей силой и скоростью я чувствовал, как теряю разум. Всё сводилось к убить противника, сожрать его нахрен, а потом…

А потом как пойдёт.

Вервольф пережил тройку, но он никуда не денется. Пусть я и не обратился полностью и физически он сильнее меня, однако при мне гибкость человеческого тела, когда я могу пользоваться всем тем, что умею, а он лишь кусаться да царапаться.

Вервольф попытался ударить меня, но медленно, я куда быстрее. Удары с правой, удар с левой, пинок, и его отталкивает к стене. Вервольф вновь пытается броситься на меня, но я ловко уклоняюсь, перехватываю его прямо в воздухе и перекидываю через себя прямо к своим ногам. Наваливаюсь сверху, прижав ногами его лапы, хватаю за голову и со всей силы бью об пол, поднимаю и ещё раз.

Я слышу собственный рык, слышу, как трещит собственное тело. Чувствую, как пытается сопротивляться вервольф, но такие удары головой об пол для него не проходят бесследно. А потом раскрываю свой пасть и, повинуясь инстинктам, вгрызаюсь в его горло.

Я не задумывался, почему у меня так широко раскрылась пасть. Мне плевать. Я хочу крови. Его крови. Челюсть сжимаются, чувствуется мягкое приятное сопротивление под зубами мышц и сухожилий, после чего я резко дёргаю голову назад и вырываю из его шеи шмат.

Слышу хрипы, но не останавливаюсь — кусаю повторно, чувствуя его пульс, его хрящи и трахеи, как напрягаются беспомощно мышцы и бьёт фонтан крови прямо в глотку, после чего вырываю ещё один кусок и оканчиваю нашу битву.

Его кровь хлещет во все стороны, вервольф дёргается и затихает.

Я с трудом преодолел безумное желание съесть то, что было в моём рту. Оно словно просилось внутрь, как безудержное желание взглотнуть, когда терпеть уже н можешь. Сплюнул ломоть плоти в сторону и, стараясь не смотреть на труп, поднялся, так как боюсь, что не выдержу и начну лакать кровь.

В голове был такой кавардак, что я с трудом удерживался от сиюминутных желаний, которые возникали и исчезали в моей голове со скоростью мчащихся машин. Взгляд скользнул по наёмнику со спасённой пигалицей и тут же ушёл в сторону — меня испугал неожиданный приступ голода и желание испробовать его на вкус. Простая мысль, которая за доли секунды превратилась в жажду. Жажду, раздирающую не горло, а мозг.

Вместо этого я подошёл и подобрал свои револьверы. Руки, которые их поднимали, выглядели жуткими. Пальцы стали длиннее и обзавелись длинными когтями, которые чесались. Предплечья удлинились, под ними бугрились длинные тугие мышцы. В некоторых местах одежда была порвана и не из-за драки — размер не подходил.