Призрак острова  [Giants of the Frost]

В этот момент я проснулась в своей постели. Сильный стук разбудил меня. Я села в кровати и уставилась в окно. Что-то сверкнуло в деревьях. Был ли это мой ночной гость? Или просто мелькнула тень качнувшейся ветки в свете луны?

Тяжело дыша, я попыталась расслабиться. Это был ночной кошмар. Но какой кошмар. Моя пижама была вся мокрой. Я попыталась снова лечь под одеяло, но влажное пятно под спиной было холодным и неприятным. Я вылезла из постели, включила свет. При ближайшем рассмотрении оказалось, что простыню можно выжимать. Быстро скинув пижаму, я переоделась в другую и стащила простыню с кровати. Как я могла так вспотеть в такую холодную ночь? За окном ветер гнул деревья, и, поежившись, я укуталась пледом и пошла в гостиную, где включила отопление и прилегла на диване.

Я дремала, но не спала: боялась повторения ночного кошмара. Когда первые признаки рассвета появились на небе, я встала, надела куртку и пошла в комнату Гуннара.

Книга по мифологии лежала на том же месте, где я и оставила ее. Я поискала «Скрипи» в содержании, но не нашла. Вздохнула с облегчением. Просто дурацкое слово, которое мой мозг сам придумал. Когда я клала книгу обратно, мой взгляд упал еще на одну, лежавшую в куче сваленных книг. Словарь древнескандинавского языка. Моя рука потянулась за ним сама по себе. Пальцы перелистывали страницы в поисках нужной буквы… Q,R,S.

Скрипи. Это слово было здесь. С древнескандинавского оно переводилось как «привидение» или «ужас».

Я никогда ни слова не слышала по-древнескандинавски. Это я знала точно. Также я знала, что поспешила уговорить Магнуса, чтобы он разрешил мне остаться на острове в одиночестве в течение недели.

Позднее в тот же день, паром «Ёнсок» отплыл от фьорда Гвитаховуд.

Лес позади меня как будто хранил в себе слабое воспоминание о чем-то неприятном, и пребывание на Острове Одина в одиночестве теперь вовсе не казалось мне хорошей идеей.