Зима
- Автор: Владимировна Луковская Татьяна
- Серия: Там за Вороножскими лесами #1
- Год: 2018
- Язык: русский
- Жанр: Исторические любовные романы
Электронная книга - «Зима». Краткое содержание книги:
- Как же вас бродники углядели? - удивился Олексич, - Отсюда ж невидно.
- По следам, - вздохнул послушник, - к реке за водой спускались. Это сейчас после метели все запорошило.
Оставив внизу лошадей на дозорных, ольговцы следом за Афанасием начали подниматься в гору. Склон на вид пологий на деле оказался довольно крутым, но привычный к подъемам и подгоняемый радостью смешанной с тревогой, послушник летел наверх, заставляя спутников тоже задыхаясь ускорять шаг. Обогнув чреду див, они увидели черную дыру пещеры. Вход был невелик, и чтобы войти, следовало низко наклониться выбитой прямо в стене меловой иконе Успения Пресвятой Богородицы.
- Это я, Афанасий! - еще издали радостно закричал отрок.
Из пещеры выглянула седая голова.
- Афонюшка, Афонюшка наш вернулся! - раздался счастливый крик. Сухой и длинный старец в потертой рясе кинулся обнимать парнишку. Потом растерянно посмотрел на воев.
- Не бойтесь, это куряне в Воронож едут, меня от смерти спасли, - поспешил успокоить инока Афоня.
Из пещеры вышли еще три старца, тоже худощавые, убеленные сединами, но еще крепкие. Афанасий упал перед одним из них на колени. Это и был игумен Стефан. Через обветренное, изрезанное морщинами лицо, пролегла красная полоса - след от разбойной плети. Настоятель ласково потрепал парня по соломенным волосам, глаза его внимательно смотрели на Демьяна.
Боярин быстро поклонился, снимая шапку.
- Так куряне, стало быть? - прищуриваясь, спросил старец.
- Мы из липовецкой дружины князя Святослава, - начал объяснять Демьян, - под рукой его брата Александра Ольговского ходим. Я - Демьян, сын ольговского тысяцкого Олексы Гаврилыча.
- Из липовецкой, - задумчиво произнес игумен, - а жив ли еще Лука, протоирей соборной церкви липовецкой?
- Жив - здоров был, как уезжали.
- Дай-то Бог, помню, борода у него знатная была, густая, а сам богатырь, голос - что труба иерихонская, - глаза старца по-прежнему цепко держали взгляд молодого боярина.
Демьян понял, что старец его испытывает.
- Голос у него действительно на зависть, а вот сам он роста махонького, да и бороденка жиденькая, - боярин улыбнулся, потом серьезно добавил. - Мы вам зла не причиним, от своих мы отбились, в метель заплутали. Нам бы переночевать, да дорогу к рязанским заставам показать.
- Что ж, проходите, простите старика за недоверие. Времена уж больно лихие.
Пещера запахом сырого мела напомнила Демьяну погреб в родном доме. В детстве он любил украдкой пробраться по узкой земляной лесенке к огромным кадкам с мочеными яблочками, выбрать самое большое и съесть его прямо там, в уютной темноте. Холопки видели озорство хозяйского сынка, но никогда Демьянку родителям не выдавали. Все любили его, а он... Боярин отбросил, нахлынувшие воспоминания.
Посреди пещеры была небольшая церквушка, своды ее подпирали массивные столбы, расходившиеся под потолком в широкие арки, в глубине при свете лучин свежим деревом радовал глаз резной иконостас, в нем как раны чернели дыры, на месте выломанных татями икон. После погрома иноки успели навести порядок, но недавняя трагедия читалась не только в пустых киотах, и скудости оставшейся церковной утвари, но и в очах старцев, чьи многолетние труды в одночасье были уничтожены безжалостной алчной рукой.
От церкви в разные стороны шли узкие коридоры. Гостей проводили в трапезную, широкую комнату с очагом и маленьким оконцем в стене для отвода дыма. На грубо сколоченном липовом столе было пусто.
- Вот здесь переночевать можете, - указал игумен на выдолбленные в меловых стенах лавки, - коли не хватит места, так прямо на полу стелите. Это самая большая и теплая горница, дрова вон в углу, подбросите, коли выстудит. Угостить вот вас только нечем, разве что отваром из чабреца. Братья сейчас заварят.
- Не надо, - поспешил остановить его Демьян, - у нас покушать есть с собой, вои дорогой двух зайцев подстрелили. Внизу у коней уж костер разводят, похлебку варить. Мы и вам принесем.
- Нам мяса нельзя, - покачал головой старец.
- Так ведь с голоду помрете, на чабреце долго не протянуть!
- Брат Зосима к брату Антонию в затвор пошел, у того пища есть кое-какая, поделится. Травки под снегом пособираем. Да и рыбачить на Тихой Сосне станем. Места здесь рыбные, Бог не даст пропасть. Вы уж не обессудьте, вас ушицей не накормим, монастырь убирали да за ранеными ходили, не до рыбалки было.
- Раненые, - вспомнил Демьян, - живы еще?
- Трое преставились, один покрепче, еще жив, в бреду мается. Ему похлебочки принесите, если очнется, вольем.
Олексичу было жаль еды для бродника, два зайца на двадцать здоровых мужиков и так маловато, только утробу дразнить, а тут еще душегуба и святотатца кормить. Но старца Демьян обижать не хотел, поэтому согласно кивнул.