Всевидящий совет [СИ]

— Когда вы обращали последнего мальчика? Лет двадцать-тридцать назад?

— Да думаю так.

— И вы хотите создавать новых ведьмаков? Снова?

— Да. Мы последние. Все остальные школы мертвы. Я думаю Вессимир хотел бы этого.

— Да был один товарищ, который пытался возродить и нашу школу. — чуть тише сказал Казимир.

— Не твою. К тому моменту ты был изгнан лет надцать как. Я не горжусь тем, что мне пришлось убить Лето.

— До сих недоумеваю, как ты выиграл тот бой. Он был самым талантливым бойцом из все, что я встречал когда-либо. Сочетал в себе бычью силу и неплохую выносливость.

— Он играл в игру, в которой ставки были слишком высоки.

— Он бы вышел сухим из воды. Тогда в Лок-Муине он мог уехать, не встречаясь с тобой. Он думал, ты поймешь, зачем он это сделал.

— Он сильно подставил Геральта. Синие полоски были в шаге от того, чтобы казнить его. — Вмешался Роше. — У него были более чем веские причины не отпускать ведьмака.

— Но тот пришел сам. Он не считал Геральта врагом.

— Он был врагом Тимерии. Он искал способ очистить свое имя.

— Под руководством Наталиса, Тимерия просуществовала всего пару месяцев. Ее уже не стоило боятся.

— Кто мог знать, что будет так? Тогда это была ведущая держава на всем Севере.

— В Лок-Муине правда уже всплыла. Все уже знали, что Геральт не убивал Фольтеста. Но он все равно убил Лето.

— Да это так. Я боялся Лето больше, чем Тимерии тогда. Из-за него заварилась вся эта каша. Я чуть не потерял Трисс. Мне пришлось бросить Роше одного. Мне пришлось поднять меч на дракона, что тоже не радовало. И да я боялся его. Много всего было тогда скручено в узел. Не знаю был ли я прав, но сделанного не вернуть.

— Но конечно это в любом случае было круто. Единственное, что заставило меня признать, что ты лучший боец чем я. — закончил Казимир. — Но сейчас вы хотите сделать то, о чем мечтал Лето. Как думаешь, какова вероятность успешной процедуры инициации?

— В былые времена умирал каждый третий. Сейчас мы потеряли много опыта. Думаю, будет умирать каждый второй ребенок.

— Это того стоит?

— Не знаю. Мы не пойдем по старой дороге. Они получат выбор. Мы честно расскажем про риск. Каждый сам решит готов ли на него идти. В мире полно сирот, беспризорников. К тому же те ребята, которых мы спасли из приюта в Тусенте. Они так и остались за нами.

— Какой выбор может сделать ребенок? В каком возрасте проводиться испытание травами, шеть-семь лет?