Чужой выбор [Le choix des autres] [litres]

– Это Люк! – с облегчением выдохнула она.

Неужели они теперь так и будут пугаться каждой машины, подъехавшей к шале?! Это было бы тем более глупо, что в свой первый приход Этьен наверняка проделал конец дороги пешком, – ведь они тогда не услышали шум мотора.

– Займусь-ка я ужином, – решила Филиппина.

Ей вдруг ужасно захотелось, чтобы Виржил поскорей вернулся и обнял ее, но он позвонил днем и предупредил, что, скорее всего, вернется довольно поздно. Виржила уже знали далеко за пределами их региона, и он был очень востребован: некоторые пациенты хотели, чтобы их оперировал только он и никто другой.

Отвернувшись от Клеманс и Люка, которые, как всегда вечером, нежно обнялись, Филиппина начала изучать содержимое холодильника.

Обсуждение плановых операций вылилось в бурную дискуссию. Виржил отказался срочно заняться тяжелым переломом, который сначала хотел взять на себя. Он только что завершил сложнейшую операцию больного, чье нестабильное состояние сильно озаботило всю хирургическую бригаду, а ему еще предстояло до конца рабочего дня вправить вывих бедра.

– Ты всегда хочешь работать с одними и теми же, – упрекнул его один из хирургов. – А мы любим Себастьена не меньше, чем ты. Почему бы тебе время от времени не менять анестезиолога?

Виржил слегка улыбнулся, делая вид, что согласен, но все же бросил в ответ:

– У каждого из нас свои привычки.

– Да ладно тебе! Просто не хочешь менять состав команды победителей, верно?

– Верно. И тем не менее напоминаю вам, что на прошлой неделе я оперировал с Тьерри.

Сквозь общий хохот присутствующих пробился чей-то голос, напомнивший:

– Просто Себастьен был в отпуске!

Таким образом, Виржил изменил два пункта в графике операций, не меняя при этом имен. Доверие к Себастьену позволяло ему оперировать спокойно, что не всегда удавалось с другими анестезиологами, и поскольку на Виржила возлагали самые сложные случаи, он полагал, что имеет право выбирать себе помощников. Хотя он очень редко злоупотреблял прерогативами главврача, и все это знали.

– Ладно, – сказал он, бросив взгляд на стенные часы, – если ни у кого больше нет вопросов, я пошел; мой рабочий день еще не закончен.

Он вышел из комнаты совещаний и направился в операционный блок, сосредоточившись на вывихе и надеясь, что ему удастся с ним справиться. Пациент был молодым, здоровым парнем, который жестоко покалечился при спуске с горы. Перед собранием Виржил осмотрел его: больной явно надеялся, что быстро встанет на ноги. Однако, даже если операция пройдет удачно, бедняге придется дней десять пролежать на вытяжке, потом пару месяцев проходить на костылях и лишь затем начать реабилитацию. Мало того, что у него пропали каникулы, – он рисковал пропустить целый триместр занятий. И вообще – что ему понадобилось на черной трассе [8] в первый же день пребывания в горах?! При этой мысли Виржилу ужасно захотелось посвятить все следующее воскресенье горным лыжам. Каждую зиму они с Люком усиленно тренировались, чтобы не потерять форму и сохранить квалификацию хороших лыжников. Это теоретически могло предохранить их от несчастных случаев. Конечно, при условии, что они не стали бы лихачить, как мальчишки, но уж это – как получится…