Дрессировщик. Искупление

Только пришлось еще сильнее сжать пальцы и зубы. Чтобы не расслабиться и не начать думать иначе.

— Может, ему помощь какая-то требуется. Фиг знает. Он же в каком-то захудалом городке лежит. Какая там медицина, чем лечат и как — надо бы разобраться.

— Ты серьезно? Хочешь ему помочь, просто так?

— Жень, вот не надо из меня делать монстра. Это нормальное человеческое желание — помочь тому, кто попал в беду. И я, вроде бы, еще не давал повода, чтобы не считать меня человеком. — Последнюю фразу мужчина произнес почти с обидой в голосе. Ну, или с чем-то, очень сильно ее напоминающим. — Или давал, но не заметил?

Он глянул искоса, не отрывая взгляда от дороги. Тут же уставился в лобовое стекло. Но было заметно, что напряженно ждет ответа Жени.

— Нет. Не давал. — Если не считать, что согласился поменять животное на человека. И явно сделал это не из высоких побуждений. Но эти мысли Женя озвучивать не стала. Хватало и того, что она сама постоянно помнила. Даже в самые приятные моменты не забывала. — Я думала, что в вашем мире ничто не делается просто так. Только ради выгоды или по договору.

— В нашем мире, как ты его называешь, все точно так же, как у обычных людей. Просто более честно и прямо.

— Что-то я сомневаюсь…

— А ты не сомневайся. Игорь тебе ведь помог когда-то? Сама говорила, что жизнь спас. Было такое?

— Да. — Призналась с тяжелым вздохом. Вот именно сейчас ей не нужны были эти воспоминания.

— Ну, и вряд ли он тогда рассчитывал на профит. Просто помог. Считай, что жизнь ему сейчас бумерангом принесет мою помощь.

— Надеешься, что когда-нибудь и тебе бумеранг вернется? — хотела уколоть, но получилось так себе. Была какая-то истина в словах Валеры. Подозрительная и странная, но была.

— А почему бы и нет? — он пожал плечами. — Тем более, что еще не известно: может быть, он и без меня справляется на ура. Но разобраться нужно.

— Расскажешь потом, когда узнаешь? — спросила робко, без особой надежды.

— Ты же не собираешься бежать и спасать его, роняя тапки? Или уже мысленно вещи собрала? — странная интонация проскочила. То ли подозрение, то ли ревность.

— Я ему не нужна. Он очень доходчиво объяснил. А я научилась понимать с первого раза.

— Отлично. Это радует.

Они надолго замолчали. Валерий погрузился глубоко в свои мысли, а Женя старательно спасала себя от того, чтобы не погрузиться в пучину отчаяния. Что-то в глубине души, трепетное и живое, настойчиво просило забыть обо всех обидах и рвануть к Игорю. Просто побыть рядом. За руку подержать. Убедиться, что жив, и не случилось ничего страшного.

И она боролась с этим желанием, как могла. Перебирала в памяти каждый момент, когда Игорь давал ей понять, что в ее присутствии не нуждается. Вспоминала, смаковала, складывала так, чтобы тонкий голосок тревоги заглох под тяжким грузом обид.

— Не переживай ты так! — Симонов понял ее молчание по-своему. На очередном светофоре потрепал по плечу, улыбнулся ободряюще. — С деньгами Игоряна и с моими связями, мы его живо на ноги поставим! А может, и ставить не придется. Я влезу не в свое дело, а он меня на хрен пошлет…