Эликсир Власти [litres][L'élixir ultime]

Чтобы не умереть с голоду, Максиму пришлось воровать. С наступлением сумерек он пробирался в курятники, чтобы взять пару яиц, проникал в дома в надежде поживиться чьей-то скудной пищей. Возвращался он в отвратительном настроении. Воровство шло вразрез с его принципами, полагал Натанаэль. Прошла еще одна ночь под открытым небом. Ранним утром Сэвер разбудил Натанаэля.

– Нам еще далеко? – спросил подросток.

В последнее время голос Натанаэля звучал все глуше. С Максимом с той самой ночи в трактире они почти не разговаривали. Сэвер обращался к Натанаэлю только при необходимости, а вопросы спутника просто оставлял без ответа. Натанаэль понятия не имел, действительно ли они шли в Мулен или это была легенда для любопытных.

– Да, нам еще далеко! – сердито ответил бывший глава Стражи. – Будь у нас лошадь и деньги, мы добрались бы до места за четыре дня. А так нам понадобится больше недели.

– А что, если мы украдем лошадей? – предложил Натанаэль.

На поле неподалеку паслись две упитанные кобылы. Сидеть у них на спине должно было быть так же удобно, как в мягком кресле. Натанаэль не умел ездить верхом, но у него так сильно болели ноги, что он готов был освоить это искусство в самый короткий срок. Еще в начале пути его ступни покрылись огромными мозолями, и каждый новый шаг давался с трудом. Затем мозоли лопнули, и Натанаэлю пришлось мыть израненные ноги в холодном ручье. Постепенно кожа на ступнях огрубела, но от непривычной нагрузки болели мышцы, а ботинки прохудились сразу в нескольких местах. Чем дальше они продвигались, тем медленнее становился их шаг.

– Я предпочел бы этого не делать, – коротко ответил Сэвер.

Теперь в нем было сложно узнать столичного офицера. Уже было не вспомнить, когда в последний раз он пользовался расческой и бритвой. Из белой его рубашка сделалась серой. Только сапоги блестели все так же ярко. Максим начищал их каждый вечер с маниакальным упорством. В Лариспеме он выглядел моложе своих лет – помогали офицерская выправка и безупречный внешний вид. Теперь, казалось, каждый новый день делал его на год старше. Раньше Натанаэлю никогда не приходилось задаваться вопросом о возрасте главы Стражи. Сейчас он с изумлением осознал, что тот годится ему в отцы.

– Тоже мне чистюля. Так мы далеко не уедем, – пробормотал Натанаэль себе под нос.

Сэвер услышал его.

– При чем тут это? – возмущенно воскликнул он. – Одно дело – воровать яйца или пироги, которые положили на окно. Совсем другое – украсть лошадей! Ты что, правда думаешь, что владелец не станет их искать? Или, может, ты хочешь натравить на наш след жандармов?

Натанаэль пожал плечами. Настроение было отвратительным. К ним приближались большие серые тучи. Похоже, конец дня ему придется провести в мокрой одежде, дрожа от холода. В пустом животе урчало. Подросток посмотрел на север. Где-то там находился Лариспем, его родной город. Как же он по нему скучал! Пожалуй, даже больше, чем по Кармине. Хотя и о ней он постоянно думал. Натанаэль решил про себя, что в целом мире нет более гадкой страны, чем Франция. Что хорошего в ее грязных дорогах, пустынной сельской местности и отсутствии даже намека на прогресс? Он бы дорого отдал за то, чтобы оказаться сейчас на бульварах, заполненных паромобилями. И чтобы всюду стояли семиэтажные дома. И даже о Сене с ее запахом тины он вспоминал с нежностью.