Государь Руси [litres]

– Уходите! – были первые слова предводителя арабской армии.

– Согласен, – кивнул Ярослав, – уходите. Этот город – наша добыча.

– Халиф и его оплот в Иерусалиме под нашей защитой, – нахмурив брови, произнес шейх. – Мы не желаем с тобой воевать. Но не отступимся.

– Тогда зачем ты пришел? – наигранно удивился наш герой. – Иерусалим уже обещан мною Патриарху. Если армии, держащие халифа в заложниках, добровольно отойдут из Иерусалима и покинут Иудею, то я не стану с ними воевать. Моя цель – не война. Моя цель – возвращение Империи утерянного.

– Империи, – скривился шейх. Ибо для мусульман тех лет Византия помещалась в Дар-аль-Карб – в «Дом войны», с которым война должна была возобновляться при любой возможности. А мир если и заключался, то временный. Для ислама Империя была лютым, непримиримым злом, которое должно было быть уничтожено. А тут такие слова…

– Да, Империи. Ибо нет более совершенной формы правления на бренной земле, чем Империя.

– Как ты смеешь такое говорить?! – взвился другой переговорщик.

– Как ты смеешь разевать рот, чтобы оскорблять меня? – с милой улыбкой возразил Ярослав. – Или не твоя цель – предотвратить битву, в которой у вас нет шансов победить?

– Нас много, – мрачно заметил шейх-предводитель.

– В Александрии вас тоже было больше. И что? Обе армии разбиты, и Египет более вам не принадлежит. Думаете, что здесь будет как-то иначе?

– Там твоим воинам помогали стены.

– Ты там был?

– Нет.

– Тогда почем тебе знать, что именно помогало моим воинам? Или ты думаешь, что я зря принес в жертву Аресу всех пленных?

Шейх напрягся.

Он хоть и был мусульманином, но был хорошо знаком с языческим пантеоном семитов, который все еще практиковался в отдельных племенах. Также он знал, что семиты отождествляли греческого Ареса со своим Баалом, для которого были характерны жертвоприношения. Во всяком случае, знаменитая геенна огненная под Иерусалимом – это как раз было место, где совершались жертвоприношения Баалу. Иными словами, Ярослав от этих слов выступил в глазах шейха адептом Баала, который находился возле его места силы.

Хуже того – Баал откликался на зов своего адепта, принося ему победу за победой. Одна кровавее другой. О том, что Ярослав учинил в Волго-Донской степи, шейх уже знал. И теперь эта выходка консула Нового Рима предстала в глазах шейха совсем иначе. Теперь это была однозначная жертва Баалу. Огромная, массовая жертва, которая без всякого сомнения его очень сильно укрепила.

Побледневший шейх сглотнул предательски подошедший к горлу комок. Вытер пот со лба. И чуть дрожащим голосом произнес:

– Если ты не желаешь отступить, то я вынужден тебя атаковать.

– Твой выбор. Твоя судьба.

– Что?

– Я говорю, что путь до той звезды, что светит ярче остальных, смертью нам грозит, но дело того стоит. Один – бог войны – услышит в небе звон клинков стальных. Буря, лютый шторм нас только раззадорят[6]. Атакуй. Давай развлечем Высшие силы кровью. Они любят на нее смотреть.