Последний долг [ЛП]

Я остановилась на краю огромной шахты.

Зубы земли широко зияли, ее язык и гланды были вырезаны лопатами и землекопами, ее внутренности были открыты ночному небу в поисках алмазов и богатства.

Взгляд в яму причинял боль чему-то глубоко внутри. Это было огорчение не из-за сломанных деревьев, оставленных гнить никому не нужными, и не из-за чернокожих рабочих, копошащихся в грязи. Это была печаль оттого, что нечто столь драгоценное и редкое, как алмазы, - то, что Земля создавала на протяжении тысячелетий, - было так бездушно украдено без всякой милости или благодарности.

- Впечатляет. Не так ли? - Кат положил руку мне на плечи.

Я вздрогнула, но не отодвинулась.

Не то, чтобы я могла.

Грубая веревка впилась мне в запястья, туго намотанная Катом, когда он пришел за мной.

Я ожидала, что третий долг будет исполнен в тот момент, когда Кат вернется, разобравшись со своими делами. Я сидела на кровати, покалывая кончики пальцев спрятанной вязальной спицей, не сводя глаз со входа в палатку.

В моём животе урчало от голода. Я была истощена. Но я отказывалась засыпать. Наяву я столкнусь лицом к лицу со своим кошмаром.

Это был единственный выход.

Прохладная африканская ночь грызла мою кожу: мурашки побежали по коже, когда львиное рычание эхом разнеслось по дому.

Он звучал так близко. Такой голодный.

И вдруг мне показалось, что дирижер оркестра устроил квартет из смеющихся гиен, зебр и ухающих сов.

Песнь животных подняла мой уровень стресса, пока я не задрожала от ужаса.

- Ты меня слушаешь? - Голос Ката ворвался в мои мысли. Я не отдыхала и не спала целую вечность, моя реакция была вялой.

Я моргнула.

- Вы что-то говорили о количестве и о том, сколько это стоит…

- Нет! - Он дернул веревку на моих запястьях. - Я говорил тебе, как глубоко уходит Алмаси Кипанга. В течение столетий добычи мы находили новые пласты. Мы продолжаем расширяться, и в настоящее время шахта находится в полукилометре под землей. Ты можешь это понять?

Я отрицательно покачала головой. Все, о чем я могла думать, это как там темно. Гробница, которая только и ждет, чтобы упасть, как бесчисленные костяшки домино, и задушить любого внутри себя.

Дэниэль улыбнулся.

- Это годы раскопок. Миллионы и миллионы бриллиантов, вырезанных из грязи. Если пласт пересыхает, намечается новый маршрут. - Его зубы сверкнули. - Одному удачливому работнику поручается установить взрывчатку, чтобы предотвратить любые оползни или обвалы.