Страна Качества 2.0 [litres]

Старик указывает на картину на своей стене. Черные и белые, казалось бы, бессмысленно распределенные пиксели. Под картиной рукой Старика было написано: «Сe n’est pas un chat» (фр. – Это не кошка).

– Но ведь это не кошка, – говорит Петер.

– Да, разочарованные исследователи тоже так подумали, – соглашается Старик. – Но сейчас наступает кульминационный момент: когда они представили этот пиксельный хаос своей программе распознавания образов, она назвала то, что видела, с 99-процентной вероятностью кошкой. Более того, они также передали пиксельный хаос в другие программы распознавания образов, которые не имели никакого отношения к разработке, и что же? Машины единодушно признали, что на этой фотографии изображена кошка.

– Бред какой-то.

– Проблема заключается не в том, что программа совершает ошибку. Не в том, что она, возможно, перепутала лису с кошкой. Такое может случиться и с человеком.

– Проблема в том, что ошибка, когда пиксельный хаос принимают за кошку, для нас необъяснима, – говорит Петер.

– Верно.

– И вы сказали машине, что она сама должна придумывать шутки?

Старик кивает:

– Разумеется, многие из шуток были расистскими и в еще большей степени – сексистскими. Этого вряд ли можно было избежать на основании имеющихся данных. Но подавляющее большинство шуток было просто… очень, очень странным. – Старик поскреб нос. – Я, конечно, кое-что изменил. Я сказал машине шуток, что она не должна постоянно выдавать мне новые шутки. Я попросил ее рассказать мне лучшую шутку всех времен. – Старик замолчал.

– И? – спрашивает Петер.

– Мужчина две панды плитч платч песочные глаза слишком глупо, – проговорил Старик.

Петер смотрит на него пустым взглядом.

– Это не смешно, – говорит он наконец.

– Это действительно так или мы просто слишком глупы, чтобы это понять?

– Это действительно не смешно.

– Я не верю, – отвечает Старик и ударяет кулаком по столу. – Где-то между этими на первый взгляд бессмысленными словами кроется лучшая шутка в мире. И я ее найду. Я хочу по крайней мере найти объяснение.

– А я всегда думал, что вы работаете над каким-нибудь крупным тайным безумным проектом…

– Ну, какая-то доля безумия в этом есть.

– Честно говоря, я всегда надеялся, что ваш план заключался в том, чтобы полностью стереть весь интернет. Tabula rasa! Полная перезагрузка!

– Стереть весь интернет? – спрашивает удивленно Старик. – А ты думаешь, что я рехнулся? Признаю, я больше не фанат, но если бы кто-то сейчас стер весь интернет, то все бы здесь развалилось, юноша. В результате этого может возникнуть катастрофическая ситуация. Ты должен представить себе интернет как тяжелый ржавый железный клинок, который кто-то вонзил тебе в тело. Конечно, неприятно ходить в таком состоянии, но если ты его вытащишь, ты мгновенно истечешь кровью.

– Откуда вы только берете эти положительные, жизнеутверждающие метафоры? – спрашивает Петер. – Может быть, у вас есть еще одна машина, которая их изобретает?