Нескучно жить 2

Три минуты на изменение внешности, и в аэропорт вернулась девушка-унисекс. Брючки-капри, полосатая футболка с длинным рукавом, бейсболка, глубоко натянутая на собственные очень короткие волосы, круглые, а-ля Джон Леннон очки с зелеными стеклами, на плечах потрепанный рюкзачок. Независимо шагая, она быстро обогнала группу наемников, к которым подходил, видимо, встречающий, и вышла из здания, на ходу доставая сигареты и оглядываясь. Будто бы искала место, где разрешено курить. Будто бы не нашла, и присела на скамейку, справа от дверей.

К маленькому отряду Стевана, вышедшему из здания, тотчас подъехал видавший виды минивэн. Стеван и спутники покидали дорожные сумки в салон, расселись, и машина рванула вперед.

Алина засекла время, переслала видео машины и всей группы Вацлаву. Пусть собирает информацию. И снова переместилась в дом…. переодеваться в следующий костюм– она называла его «ниндзя». Черное облегающее трико, перчатки, удобные мягкие мокасины и балаклава. Теперь ее целью был монастырь. Она намеревалась до приезда группы сербов изучить обстановку вокруг и пробраться, по возможности, в кабинет Альтера. Наверняка приезжие будут совещаться там.

Перемещаясь вокруг монастыря короткими прыжками, она называла такое передвижение «летать», скрываясь за буйной растительностью, Алина искала Альтера. И, прыгнув в очередной раз, услышала позади странные ритмичные звуки. Она перескочила шагов двадцать по направлению звуков, затем осторожно выглянула из кустов. И почувствовала, как ледяной ручеек отвращения заскользил у нее между лопатками. Впереди виднелись развалины старого храма, прямо между ними на неровной площадке с вылезшими кое-где между плитками ветвями лианы, пытали человека. Вернее, пытал. Альтер. Еще двое равнодушно стояли и смотрели.

–Говори, тварь, кому еще рассказал о своем маршруте?

Маленький тщедушный вьетнамец молчал. И, как поняла Алина, молчал не потому, что не хотел говорить, а просто уже ничего не соображал от запредельной боли. Связанные за спиной руки были вывернуты и подвешены на крюк, вбитый в выщербленную стену. Альтер в заляпанной кровью накидке, будто специально предназначенной для таких случаев, бил пленника плеткой по ребрам, с размахом, с оттяжкой, наслаждаясь. Он будто вошел в транс и уже не мог остановиться, разгоняясь все сильнее и сильнее.

Прижав руки к груди, в течение последующих трех минут Алина с ненавистью смотрела на этого монаха-оборотня с красивым именем Альтер, который, поняв, что пленник уже не очнется, расчетливо добивал его ударами плети. Вьетнамец сильно дернулся и обвис на вывернутых руках.

–В море его! – бросил Альтер, содрал с себя накидку и бросил на маленькое сложившееся тельце.