Застрявшие. Блюз наших ошибок

Он сделал очередной глоток, на этот раз он пил обычную воду. Девушка захлопнула зеркальце и убрала его в сумку, она взглянула на часы, ещё было время, поэтому сложив ногу на ногу, блондинка посмотрела на друга.

– Но люди же признаются в любви, пишут стихи, говорят клятвы на свадьбах, – пожала плечами она.

Он отрицательно покрутил указательным пальцем.

– Любой язык богат на красивые слова и безупречные выражения, – мечтательно говорил он. – Сейчас этим уже никого не удивишь, многие сыпят любовные признания во все стороны, не разбирая.

На пару минут она словно зависла, переваривая слова шатена и не осознанно сопоставляя их со своими отношениями.

– Когда ты кого-то любишь, ты смотришь на этого человека иначе, в твоём взгляде буквально читается любовь, – улыбнулся он и бросил короткий взгляд на вход в здание. – Вот допустим тот парень, искренне в тебя влюблён.

Она последовала за его взглядом и увидела Николаса, он стоял с букетом цветом, наблюдая за неё. За её жестами, улыбкой, задумчивым взглядом…то, что как раз и описывал Неф, любовь не требует речей и слов, порой хватает лишь взгляда…а слова…сейчас то время…когда эта валюта потеряла свою ценность…

Девушка тут же подскочила к Бенсону, обнимая его и принимая букет, на минуту она зарылась носом в растения, вдыхая их свежий аромат. После взяла профессора за руку и подвела к шатену, который расслаблено сидел в кресле, но когда они подошли, моментально встал в самую уверенную и доброжелательную позу, которую только можно себе вообразить.

– Николас, знакомься, это мой лучший друг, Неф, – она указала на шатена. – Неф, познакомься, это мой молодой человек, Николас.

Они пожали друг другу руки и Бенсон на пару минут задумался, он как истинный историк, будто пробовал на вкус имя своего собеседника. У самого профессора была тёмная шевелюра, волосы густые и аккуратно уложенные, также красовались бакенбарды, которые уходили в короткую бороду, совершенно не большую, но именно она придавала ему статности. Сам по себе он был примерно одного роста с Машей, поза у него была достаточно расслабленная, видимо был рад встрече.

– Очень интересное имя, Вы родом из Египта? – спросил тот.

– Ничего от Вас не скроешь, Мистер Бенсон, – усмехнулся он. – Всё верно, я родом из Александрии.

Молодой человек улыбнулся.

– Как там погода? – он озадаченно осматривал Акила.

– Если честно, подсказать точно не могу. Давно не был на родине, – кивнул он.

Они перекинулись ещё парой фраз, прежде чем ребята удалились, а Неф продолжил сидеть на первом этаже здания, рядом со входом и размышлять о насущном. Но даже это продлилось относительно недолго, не прошло и двадцати минут, как дверь открылась и туда вошёл очередной приезжий Дхарм.

Немец по-хозяйски прошёлся по первому этажу, оценивающим взглядом пробегая по всему, что находилось в помещении, а после остановился на шатене.