Незримая пуля [litres, с иллюстрациями]

— Понял.

— Выяснил подробности бегства задержанных из СИЗО?

— Так точно, у меня есть пара знакомых вертухаев в Лефортово. Мои парни прошли…

— Опусти детали.

— В общем, наши спецы с зомбером не смогли перепрограммировать Нестора Безоружного. За ним явилась Миловидова, которую сразу после задержания в кабинете президента отвезли в контору ЧК лично директору, после чего она исчезла и всплыла уже в Лефортове. Не знаю как, но ей удалось вывести задержанного…

— Ты же сказал, что выяснил подробности бегства.

Слоневский мигнул, лицо его осталось сонным, не реагируя на эмоции Оскара.

— Судя по докладам дежурных, охрана тюрьмы просто не видела, как Жанна прошла внутрь, а потом вышла вместе с Безоружным. Записи телекамер были стёрты. Это всё, что удалось выяснить.

Оскар кивнул. Точно так же ему доложили о побеге и другие информаторы. Вариант участия в побеге руководителей ФСИН и тюрьмы подтверждался. Хотя нельзя было исключить и реальное использование слиперами своих возможностей. Новый Смотрящий был прав, слиперы являлись высокоточным и мощным оружием, обладание которым возводило его владельцев в настоящих богов, ну или хотя бы во владык контроля цивилизации. Следовало это оружие изъять у противника и обратить в свою пользу.

Оскар улыбнулся, повторив мысленно: в свою пользу! Смотрящему необязательно было знать, кому оно достанется. «Комитет 300» пошёл по другому пути, изготовив программатор, он же зомбер, а у россиян должен был быть свой. Герман Германович снова улыбнулся, осознав, что назвал себя россиянином. В принципе он и в самом деле жил в России, хотя мог жить в любой другой стране мира, имея собственность и в Европе, и в Америке, и на далёких южных островах Тихого океана.

— Что ещё? — спросил Слоневский.

Президент «Сбера» очнулся.

— Доставь мне к вечеру Ефимыча.

Начальник охраны кивнул.

Ефимычем Герман Германович называл главу ай-ти-управления «Сбера», который занимался разработкой системы фейсконтроля служащих корпорации. Эту систему уже внедрили у себя китайцы, добиваясь «гармонического развития общества», и начинали внедрять государства Европы. Первой — Норвегия, за ней Нидерланды, Польша, Италия и Германия. Правда, делали это они по-разному, используя разные инструменты. В Норвегии процесс запустили ювеналы, добивающиеся полного контроля над институтом родителей. В Италии якобы началась борьба с мафией. В Польше под лозунгом «борьбы с российской агрессией» начали выявлять людей, «потакающих агрессии». Но дальше всех пошёл, конечно, Китай, внедривший технологию распознавания эмоций на лицах жителей Поднебесной, используя нейросети и построив систему оценки «эмоциональной благонадёжности». Ту же систему собирался внедрить в России и Оскар, сначала в своих владениях — с помощью чипизации — компаниях «Сбера», затем и по всей России. И соратники у него из чиновничьей среды, правительства и Госдумы были.