Тихоня, любовь моя! (СИ)

— На пляж? Ну… Давай! — Тихоня, утерев с мордашки последние остатки слез, сразу как-то вдруг расцветает, словно мое предложение вдохнуло в нее новые силы и желание жить. — Только, перед этим, давай сначала зайдем ко мне домой. Я сейчас без купальника, и мне нужно переодеться.

— Конечно! Если нужно, давай сходим! — я искренне и с заботой смотрю на нее, и она, отчего-то сразу вдруг смущенно покраснев, берет меня за руку, и мы, весело болтая о всякой ерунде, шагаем к ее дому. И, нежно сжимая в своей крепкой ладони ее маленькую ручку, я в этот момент вдруг неожиданно почувствовал, насколько дорога мне стала эта девушка. Девушка, которую я всегда считал всего лишь своим хорошим другом.

========== Глава-12 ==========

В доме у Тихони мы пробыли недолго. Пока я стоял в прихожей, девушка поднялась по витой лестнице на второй этаж и, быстро там переодевшись, спустилась ко мне.

— Ну, все, я готова! Пошли? — немного смущенно проговорила она.

— Пошли! — я улыбнулся. Взявшись за руки, мы вместе с нею вышли на залитую ярким солнечным светом улицу и неспешным шагом направились в сторону Бергентаунского пляжа. Всю дорогу я шутил и рассказывал разные забавные случаи из моей прошлой и нынешней жизни. Слушая их, Тихоня постоянно заливисто смеялась, то и дело вставляя в разговор случаи из своей, на что в ответ весело смеялся уже я, и так, за непринужденной дружеской беседой мы как-то незаметно с нею дошли наконец до заветного пляжа. Народу там, как всегда было, что называется, яблоку негде упасть. Ну это было и понятно, это же все-таки пляж, там народу мало не бывает. Особенно в такой прекрасный солнечный день как этот!

Найдя в сплошной массе народа свободное местечко, мы быстренько скинули с себя верхнюю одежду и, оставшись в одних плавках и купальнике, радостно понеслись в сторону плескающегося невдалеке теплого моря. Это был поистине чудесный день, ребята! Мы купались, брызгались водою, потом мокрые и довольные вылазили на берег, отдыхали, нежась под лучами теплого, ласкового солнышка, потом снова бежали в воду и снова устраивали там свои ребяческие игры. Наверное, мы с Тихоней в эти моменты и вправду походили на больших детей, настолько весело нам было.

Я так смеялся, когда учил ее плавать. Да-да! Представляете, Тихоня оказывается совершенно не умела плавать, и я, узнав об этом, просто счел своим святым долгом немедленно научить её этому великому искусству. Было так забавно, когда зайдя с нею по пояс в воду, я поддерживал её словно ребенка снизу, пока она смешно барахталась там ногами и руками, пытаясь плыть. А когда нас внезапно накрыла большая волна, Тихоня с паническим визгом повисла на мне, обвив шею руками и инстинктивно прижавшись всем своим телом. Не буду вам описывать все те чувства, ребята, которые я невольно испытал, когда её «эти» неосознанно уперлись мне в грудь и я чуть было не потерял равновесие от неожиданно охватившего меня вдруг легкого головокружения.

А как мы с нею классно полетали на водных парашютах! Вы сейчас, наверное, спросите, а что это такое? Да и я сам, ребята, если честно, до сегодняшнего дня ничего не знал об этом новом виде развлечения на пляже. Короче, вся суть заключается в том, что на тебя надевают небольшой парашют и ты, встав на водные лыжи, на большой скорости несешься на них вслед за катером, держась при этом за длинную веревку. В какой-то момент ты отпускаешь ногами лыжи и тебя поднимает на парашюте вверх, где ты, словно птица паришь на небольшой высоте, наслаждаясь восторженной смесью скорости и полета.

Честно признаюсь вам, друзья, я, когда в первый раз попробовал это, орал от восторга как ненормальный, и это было так на меня не похоже! Это чувство свободного полета ни с чем не сравнить, и когда я мягко приземлился на воду, то немедленно захотел, чтобы и Тихоня испытала то же запредельное чувство восторга, которое только что испытал я сам. Поначалу, конечно, уговорить её на это оказалось делом не таким уж и простым.

— Нет, Цветан, я не буду! — сопротивлялась девушка, узнав, что я от нее хочу.

— Но, почему? — удивленно спрашивал ее я. — Попробуй! Это же так здорово!

— Нет, Цветан, прости, но я очень боюсь! — смеялась Тихоня, шутливо отбиваясь от моих попыток утянуть её в сторону парашютов. — Лучше давай, лети сам, у тебя это так здорово получается!

— Но, я не хочу снова лететь один… — взяв её за руку, тихо проговорил я. — Если ты боишься, хочешь, я полечу с тобою? Я буду крепко тебя держать, обещаю!

— Ну… Только если с тобою! — слегка покраснев, улыбнулась она. — Ладно. Уговорил! Пошли, но только, пожалуйста, не выпускай меня во время полета, ладно? Я всё равно ещё немного боюсь высоты!

— Даю слово, что не выпущу! — шутливо приложив ладонь к голове на военный манер, я хватаю её за руку, и мы вместе бежим к ждущему нас катеру.

— Ой, мамочки, Цветан, держи меня! — боязливо кричит девушка, едва наш катер начинает набирать скорость. Я крепко обхватываю её сзади за талию, и мы мчимся по водной глади сквозь фонтаны соленых брызг поднимаемых нашими лыжами. И вот катер набирает нужную скорость, и я, отпустив ногами лыжи, легко взмываю вверх, прижимая к себе визжащую от первоначального испуга Тихоню.