С привкусом кофе (СИ)
- Автор: Немая реальность
- Язык: русский
- Жанр: Современные любовные романы
Электронная книга - «С привкусом кофе (СИ)». Краткое содержание книги:
Щурясь и сонно ссутулившись, бреду к шкафу, откуда вынимаю толстовку и сразу же натягиваю, спасаясь от холода. Недовольным шёпотом зову пса, который тут же вскакивает, высунув язык, и несётся к лестнице, по пути оглядываясь на меня. Беру резинку для волос со стола, соображая на голове пучок.
Вяло поднимаюсь на второй этаж, стараясь не шуметь, чтобы не разбудить других обитателей дома, хотя делаю это из чистого эгоизма, не желая получать нагоняй от матери. В коридоре обуваю кеды прямо на босые ноги и открываю дверь, выпуская Тоффи во двор. Он пулей вылетает на улицу, бросаясь к ближайшему кусту, названия которого я всё ещё не знаю. Сама усаживаюсь на ступеньки и сжимаюсь в комочек в попытке сохранить тепло, но холодный ветер и утренняя свежесть вызывают мурашки и озноб. Опустив голову и слабо прищурившись, оглядываю двор, где Тоффи, высунув язык и изредка подавая голос, носится в своё удовольствие. Небо ещё тёмное, но уже занимается рассвет, окрашивая горизонт в рыжий.
Невольно вспоминаю о том, как мы вместе с отцом встречали восход солнца, когда до самого утра пересматривали «Звёздные войны» на заднем дворе нашего съёмного дома, укутавшись в тёплые пледы, в пушистых носках и мягких свитерах, со сладким попкорном и остывшими кружками кофе (когда я ещё могла его пить без угрозы для здоровья).
Я помню, как отец поставил кино на паузу, отчего проектор слегка вздрогнул и изображение на стене дома стало нечётким, затем указал нам за спину, бесшумно призывая меня оглянуться, что я и сделала. Небо было окрашено в тёплый розовый цвет с вкраплениями алого и красного у горизонта, хотя выше всё ещё царила ночь с уже тусклыми редкими звездами.
— Как красиво, — на выдохе прошептала я, не желая рушить волшебную атмосферу рассвета.
— Что бы не случилось, оно каждый раз появляется, — ответил отец, неотрывно глядя на горизонт, но слегка подавшись ко мне навстречу.
— Солнце, — уточнил он, повернув голову ко мне и улыбнувшись лишь уголками губ. — Что бы не происходило в мире, оно каждый раз возвращается, находит силы появиться вновь.
Возможно, это и звучит пафосно и банально, но не в тот момент, когда мы, уставшие, но охваченные чудесной красотой утра, взирали на невероятно красивый рассвет.
Наверное, в такие моменты чувствуешь себя особенно счастливым, потому что есть только ты, родной человек и чудо природы, которое в обычное время кажется чем-то обыденным. И хотя ты по сути лишь пылинка в огромном мире, где значение имеет лишь время, когда всё началось и когда всё закончится, ты невероятно ценен для самого себя.
Растворившись в этом мгновении, впитываешь, впитываешь миг, который длится всего ничего, но именно это и значимо здесь и сейчас. И если не эта секунда — счастье, то что тогда? Что значит быть счастливым, если не простой рассвет в обычную ночь за просмотром фантастических фильмов с кем-то близким тебе? Что вообще значит быть человеком, если ты не живёшь этими краткими моментами, когда становишься чем-то большим, оставаясь собой? Что есть всё это?
И я отказываюсь верить, что смысл жизни заключается в чём-то высоком. Вероятно, мы существуем в мире, полном обыденных вещей, которые необходимо сделать особенными в один миг, чтобы отыскать нить, которая позволит цепляться за то, что у тебя есть, а потом бесконечно вспоминать этот всплеск, проигрывая в памяти снова и снова во имя себя, во имя счастья, жизни. И, может быть, в этом и есть смысл: пережить миг счастья и вечно ностальгировать о нем…
Второе моё пробуждение случается через час, хотя на этот раз меня тревожит будильник, напоминая о том, что всё ещё необходимо ходить в школу и выполнять свои основные обязанности в обществе. Сонно потягиваюсь на кровати, стараясь растянуть минуты пребывания там, комкаю одеяло, сжимая в ладонях, звучно зеваю, жмурюсь, наслаждаюсь утром. Наконец поднимаюсь, натягиваю халат, собираю волосы в пучок и следую наверх с целью принять душ и окончательно проснуться перед занятиями. Пока иду до ванной, подавляю зевки, хотя и не сожалею о том, что Тоффи вытащил меня так рано на улицу: всегда приятно ностальгировать. Дёргаю ручку двери, слегка нахмурившись, когда она не поддаётся, и прислушиваюсь к звукам с той стороны комнаты. Шум воды. Неужели мать решилась воспользоваться нижней ванной, хотя наверху расположена ещё одна? Скрещиваю руки на груди, облокотившись о стену, пока жду свою очередь и растираю помятое лицо, стряхивая сонливость и лёгкую усталость от недосыпа. Пытаюсь привести мысли в порядок и разбудить сознание, при этом подсчитывая, сколько уже жду. Сбоку раздается щелчок открываемой двери, и первоначально думаю, что ванная наконец освободилась, но это лишь Шистад выбрался из своей комнаты, высунувшись наполовину в коридор.
— Утро, — здоровается, оглядев меня с ног до головы, но я не придаю этому значения, мысленно закатив глаза, и оставляю его без ответа. Парень сонно щурится, потирая щеку, на которой остался отпечаток от подушки, и задает вопрос: — Ты не видела?.. — но, прежде чем успевает закончить, дверь ванной наконец открывается, и оттуда выходит девушка. Первое, что понимаю: я её не знаю. Карамельная кожа покрыта капельками воды, мокрые тёмные волосы свисают с правого плеча, тонкий нос и пухлые губы составляют привлекательное лицо в дополнении с карими большими глазами.
— Привет, — здоровается, слегка нахмурив брови и окинув меня взглядом, — Крис, — оставляет дверь ванной открытой, выходя в коридор, а Шистад распахивает перед ней дверь своей комнаты, пропуская внутрь, и губы изгибает в фирменной ухмылочке, когда девушка довольно откровенно прижимается к нему, целуя в губы. Пару секунд смотрю на эти обжималки, раздраженно закатив глаза, а затем спешу в ванную, получив наконец желанное.
— Не очень красивая, — шёпотом заявляет девушка, даже не дождавшись, когда я закрою дверь.
— Оставь, — увлекая за собой брюнетку, бросает Шистад, громко прикрыв за собой дверь.
Закатываю глаза, решая пропустить их слова мимо ушей, да и вообще оставляю ситуацию, не желая портить настроение, которое всё же немного сходит на нет. Стягиваю вещи, распуская волосы, которые мягко падают на спину, щекоча кожу. Рыжие ли они? Я всё же предпочитаю каштановые с медовым оттенком, да и вообще, смотря под каким светом. Включаю воду, тут же заметив, что мое молочко для ванны стоит не на своем месте. Ну, раз уж я не очень красивая, зачем пользоваться моими средствами?
Пока принимаю душ, пытаюсь восстановить расписание на сегодняшний день, вспоминая, стоит ли у меня урок Бодвара сегодня. Вчерашняя прогулка была немного странной, но приятной, хотя я не уверена, что хочу повторить. Всё-таки, каким бы привлекательным не был Бодвар, он учитель, а я ученица, и чашка кофе (в его случае) или чая (в моём) ничего не решает. И то замечание Шистада, намекающего на отношения историка со студентками, тоже сыграло свою роль, сея сомнение и вызывая соответствующие мысли.
Сушу голову с помощью фена, отчего волосы начинают слегка виться, поэтому приходится нанести пенку для волос и пройтись по ним горячим утюжком, затем чищу зубы, надеясь, что у той особы не хватило наглости схватить мою щётку. Пижаму закидываю в стирку. Натягивая полотенце на голое тело, выглядываю наружу. Никого не обнаружив, свободно следую к себе, уловив звуки смеха из закрытой дверь Шистада. Фу. Просто фу.
На кухне завариваю чай, тихонько напевая себе под нос. Необычно хороший настрой, явно связанный с перепадами настроения ближайших дней, заставляет двигаться и улыбаться, несмотря на утренний инцидент у ванной. «Апельсиновый рай» быстро разносит свой сладкий аромат по помещению, отчего живот урчит, довольный скорым приемом пищи. Из холодильника достаю шоколадную пасту, которую намажу на тост, и наслажусь завтраком в тишине впервые за несколько дней. Уже предчувствую удовольствие от данного факта, но, прежде чем усаживаюсь за стол, из коридора поворачивают двое: Шистад и его подружка-«она-не-очень-красивая», — которая бросает высокомерный взгляд, проходя к двери, будто меня выставляют из дома без завтрака после «потрясающей ночи» с обещанием позвонить, чего, вероятно, не произойдет. С презрением смотрю на эту девушку, закатив глаза, и возвращаюсь к завтраку, почувствовав, как былое настроение падает на пару ступеней. Когда Шистад возвращается, не обращаю на него внимания, продолжив пережёвывать свой тост, на что парень не реагирует, отмалчиваясь, а я вспоминаю о том, что он не разговаривает со мной, обидевшись на грубые слова в его адрес. Ухмыляюсь этим мыслям, радуясь молчанию между нами, потому что его неуместная пошлость и глупые намеки по-настоящему раздражают. Он, похоже, заваривает себе кофе, поскольку терпкий аромат тут же врезается в нос, распознаваемый мозгом, отчего на кончике языка возникает немного горьковатый, но приятный вкус. Странно так реагировать на простой напиток, но для меня кофе, что сигареты для курильщика — наркотик. Прикончив тост, делаю пару глотков «Апельсинового рая», вкус которого кажется тусклым по сравнению с кофе, и даже огромное количество ароматизаторов не спасают положение. Спиной ощущаю взгляд Шистада, но не поворачиваюсь, не поддаюсь провокациям. Опустошаю кружку с чаем, желая поскорее покинуть кухню, чтобы успеть собраться, не столкнувшись с матерью или Томасом в коридоре, что явно не предвещает ничего хорошего. Так же думаю успеть заскочить в кафе, взять пару круассанов и наведаться к Эмили с завтраком: хочется сделать что-нибудь для неё, чтобы отплатить за её доброту.