Рождение в пламени (СИ)

Мое сердце болезненно сжалось. И эта острая, щемящая боль словно пробила плотину, удерживающую мои чувства. Вздрогнув, сжав в руках салфетку, выворачивая и выкручивая ее я пытался удержать лавину слез, комком вставшую в моем горле. Судорожно вдыхая воздух, я схватился за грудь, которую острым шилом пронзила боль, уколом прошив ее на сквозь, ударившая под левую лопатку. Сжав в кулак онемевшие пальцы левой руки, я с недоверием уставился на Шамиля и Гайса. Гайс озадачено нахмурив брови смотрел на мое лицо.

-Львенок? - его голос звенел неприкрытым волнением. - Что с тобой?

Он, сжав мою руку, разминая и растирая пальцы, резко выкрикивал приказы Шамилю.

- Аптечку. Ищи сердечное. И воду. Быстрее!

- Пей, Львенок, пей! - он дрожащими руками вливал в меня приготовленное лекарство.

Я, выпив лекарство, тяжелой тушкой осел на пол. Шамиль, подхватив меня, перенес на один из диванов.

- Скорая? У нас сердечный приступ. Записывайте адрес! - словно сквозь туман до меня долетал голос Гайса.

А тело окутала невозможная легкость и слабость, и только острая колющая боль под лопаткой не давала мне закрыть глаза и растворится в потоке этой желанной легкости.

Холодные пальцы врача, осматривающие мое тело, и мятный холодок таблетки под языком вселили в меня какое- то умиротворение. Улыбнувшись, я почувствовал как под лопаткой рассасывается боль.

Веки налились свинцовой тяжестью, и я провалился в удивительный сон. Парящий. Я словно летал в порывах воздуха. Парил и впитывал в себя живительную энергию ветра. Удивительное чувство счастья затопило все мое сознание. И я рассыпался серебряным смехом в открытом бесконечном пространстве. Потом я плавно словно пушинка опускался на протянутые к небу руки и они укачивали меня, наполняя душу трепетным чистым чувством единения. И я смотрел в серые глаза укачивающего меня, доверял ему себя безвозвратно и полностью. И это было правильным.

Я вынырнул из сна обновленным. Вытянувшись на кровати, почувствовал как рядом тревожно зашевелился Гайс, протянув руку, нащупал теплые пальцы Шамиля, дернул его привлекая внимания.

- Джарван! Хаби би… Как ты себя чувствуешь, золотой? - хриплый со сна голос Шамиля был наполнен волнением.

- Шамиль, - я повернулся к нему, чувствуя как со спины меня обнимает Гайс. - Не упусти. Послушай Гайса, он прав. А мы все равно всегда будем друг у друга.

Я огладил кончиками пальцев контур его лица и улыбнулся, почувствовав как под моими подушечкам вспыхивает румянцем его кожа.

========== 14 ==========

С того памятного дня прошло несколько месяцев.

Мы с Гайсом сидели в еще закрытом клубе, ждали пока Шамиль приедет обсудить новую идею. И он появился в дверях клуба, удерживая в своей ладони хрупкую ручку девушки. Мы с удовольствием смотрели на эту контрастную пару. Огромный чернокожий Шамиль и маленькая хрупкая блондинка. Но, глядя на них, стирались все противоречия, они сплавились в единый образ в пламени их любви. И отблески этого огня грели мою душу.

Девушка, легкой бабочкой порхнув к нам, одарила невесомой дружеской лаской меня и Гайса, заставляя нас растечься восторженными лужицами. Потом по-хозяйски зашебуршала возле кофеварки, выкладывая принесенные с собой восточные сладости и готовя кофе.

- Это приличная сумма. - Шамиль с сомнением выслушал Гайса.

- Неужели тебе не хочется? – Гайс удивлено поднял глаза на Шамиля.

- Очень хочется. Это же почти как секс, приручить огонь. - Шамиль мечтательно уставился на потолок. - Но!- нахмурившись еще раз, он окинул помещение клуба. - Придется менять все покрытия зала и уменьшить площадь танцпола. А мы только начали получать стабильную прибыль.

- Шамиль! - я нетерпеливо одернул его. - Твое огненное шоу привлечет к нам дополнительный доход и можно будет работать не только в клубе. Вам с Ниной деньги сейчас очень пригодятся.

Шамиль задумчиво посмотрел на тоненькую девушку, разливающую кофе для нашей троицы, и решился.

Я внимательно смотрел на Нину. Ее тоненькая фигурка стала более мягкой и округлой, и она, словно случайно, касаясь своего животика, беспричинно улыбалась мягкой улыбкой. Неужели?

Я взволновано коснулся руки Шамиля, не смея спросить. Не находя нужных слов. Жестом прижав ладонь к своему животу, я кивнул вопросительно на Нину. И по лицу Шамиля смущено скользнуло настоящее счастье, стыдливо спрятавшись в глубине его глаз. Гайс, восторженно задохнувшись, молча с неизмеримой нежностью смотрел на девушку. Это для нас было настоящим откровением. Настоящим чудом. Мы, бывшие наложники, раньше и помыслить не могли о том, что когда-нибудь у кого-то из нас может быть ребенок. И это событие стало той самой наградой, которую мы получили пожертвовав всем тем от чего отказались.

- Мы решили назвать ее Александра. - рука Шамиля отпустилась на мою, бережно сжав.