Плоды обмана (СИ)

- Наста права. Не раскисай, - с усилием, но все же уверенно проговорил Акутагава. Он, не позволив телохранителям приблизится к Иву, вновь подхватил его, поднимая на ноги: – Давай же! Главное, не отключайся.

Кто-то из службы безопасности пытался остановить Акутагаву, убеждая, что ему опасно сопровождать раненого телохранителя – ведь покушение может повториться. Акутагава не обращал на них внимания. В подземном гараже они осторожно усадили Ива в автомобиль, снабженный служебной «мигалкой» и на предельной скорости помчались в ближайший госпиталь.

- Еще немного. Почти приехали, - приговаривала Наста, продолжая прижимать к ране брата пропитавшийся от крови пиджак.

Ив смотрел на нее лихорадочно блестящими изумрудными глазами.

Он потерял сознание прямо перед тем, как они прибыли на место. Подоспевшие к машине врачи переложили Ива на медицинскую каталку и поспешили в операционную, а Насте и Акутагаве осталось лишь ждать в приемной исхода операции. Акутагава опустился на какой-то стул и уставился на свои испачканные кровью руки - он просидел, так, не шелохнувшись, минут тридцать. Наста непрерывно курила и ходила по приемной от стены к стене, как загнанный зверь. Сотрудники службы безопасности оцепили госпиталь, стремясь обезопасить хозяина от угрозы повторного покушения. Некоторые телохранители обращались к Насте за поручениями, она же отмахивалась от них, способная сейчас думать только о своем брате.

Дверь операционной распахнулась. Томительное ожидание подошло к концу. В приемную вышел доктор, на ходу стягивая с лоснящегося от пота лица защитную повязку. Он выглядел испуганным, а напряжение, с которым на него посмотрели Акутагава и Наста, вынудило его заикаться, когда он заговорил:

- М-мне оч-чень жаль… Нам не удалось его спасти.

Самые страшные слова прозвучали. Ни Акутагава, ни Наста не были готовы услышать это. Да, их терзал страх за Ива, пока они дежурили у дверей операционной, но подсознательно они не допускали мысли о том, что на сей раз его ранение станет смертельным. Это же Ив! Он столько раз оказывался на волоске от смерти – и счастливо избегал ее! Он слишком умен, слишком ловок – он всегда сможет избежать гибели! Нет, этого просто может быть!..

- Нет, не может быть! – эхом повторила вслед за мыслью Наста.

- Его с-сердце остановилось. Мы п-пытались реанимировать его… но безуспешно, - пролепетал доктор, со страхом косясь на окаменевшего Акутагаву. – Дальнейшие реанимационные м-мероприятия н-не имею-ют смысла… Пациент мертв… Господин Коеси, простите нас, - и он склонился перед ним в самом униженном поклоне.

– Где он? Я хочу его видеть! – закричала Наста.

Оттолкнув доктора в сторону, она бросилась в операционную – перепуганный медперсонал тут же рассыпался в стороны, вжавшись в стены. Тут остро, до тошноты, пахло медикаментами и кровью. Ив лежал на операционном столе под ослепляющим, выжигающим всякую тень, светом медицинских ламп. Кожа Ива приобрела серый оттенок, губы обесцветились, а черты лица заострились – молчаливо свидетельствуя о том, что из этого тела ушла жизнь.

Мертвец.

- Ты не можешь умереть! – Наста упала на безжизненное тело брата, и, сжав обнаженные плечи, попыталась встряхнуть его. – Не смей со мной так поступать! Не смей!..

Ей удалось приподнять его за плечи, но пальцы соскользнули – и его голова глухим стуком ударилась о поверхность стола. Его длинные черные волосы разметались в разные стороны. Наста, ощутив шелковистые пряди на своих руках, замерла.

Мертвец.

Она всхлипнула, слезы покатились из ее зеленых глаз. Кончиками дрожащих пальцев она коснулась запекшейся крови на губах Ива, затем порывисто поцеловала его в приоткрытые, холодные губы. Порыв, рожденный из глубин ее сердца… Как же ей хотелось, чтобы поцелуй - совсем как в волшебной сказке - развеял злые чары и пробудил брата от сна, подобного смерти!

Но чуда не свершилось.

- Прошу тебя, не оставляй меня, - прошептала сквозь слезы Наста, продолжая его обнимать.

Акутагава остался в приемной. Он не мог заставить себя заглянуть в операционную. Он, как и Наста, не верил. НЕ желал верить. Перед его внутренним взором пронеслись картины из прошлого: он вспомнил, как Ив «умер» впервые – тогда, во время пожара на портовом складе – и как он посчитал его погибшим от рук Коннора Ваалгора… Но ведь всякий раз Ив умудрялся выйти сухим из воды! У него есть эта невероятная способность выживать несмотря ни на что, он как кошка с девятью жизнями в запасе…

Он все же вошел в операционную. От вида неподвижно лежащего тела ему стало плохо – и Акутагава, пошатнувшись, без сил оперся на стену.

- Господин Коеси, вам нехорошо? – кинулся к хозяину телохранитель, собираясь подставить ему свое плечо.

- Уйди! – тот грубо его оттолкнул.

Борясь с дурнотой, Акутагава вернулся в приемную и практически упал на стул. Несколько минут он сидел, упершись локтями в колени и уронив голову на ладони. Потом он вспомнил о Юки. Он должен сообщить Юки ужасную новость. С трудом он вынул из кармана пиджака мобильник, гудки в трубке отдавались мучительным гулом в ушах.