Электронная книга - «Илиас (СИ)». Краткое содержание книги:
Так, нужно вдохнуть и выдохнуть, еще раз, глубже. Вдохнуть, выдохнуть.
- Очень хорошо. Может она тогда расскажет каким надо заниматься, да еще и отведет? Мне, можно подумать, все это нравится! Прыгаю от восторга! Какое ее вообще дело!?
- Ты чего, Ари?! – испугалась Марта, Анника замерла с недоеденным яблоком. – Что с тобой?!
- Все! Ничего! Я не желаю больше обсуждать эту тему! Сколько можно!
- Ну ты же ходил куда-то, а потом столько всего принес... А вдруг?
- Что вдруг? Я кого-то ограбил и убил? Пока нет, но надо будет, сделаю. Все, заткнулись, а?
Даже Марта теперь сочла за лучшее промолчать. Ари не просто ворчит, как обычно, он злой. Серьезно злой, дерганый. А дома он был другой. Марта никогда не ревновала его к папе. Для нее очевидно, Ари мальчик, папа ему ближе, а у них с Анникой ближе мама. Но теперь Ари не похож на папу, папа бы никогда не говорил так грубо. Или это только так думается? Потому что если бы мама с папой не умерли, то ничего бы не случилось, и Ари был бы обычным, любимым старшим братом, которым можно хвастаться и грозиться приставучим мальчишкам.
- Ух ты! Еще и хлеб!!! – Марта попросила отрезать для нее кусок с корочки. Это Аристин любил и сам, но так уж и быть, все равно наорал, нужно извиняться. К тому же девчонки ведь.
- Что у нас на стирку есть? – суп был хорош, черт с ним с вечером, решил тут же Аристин, лучше они поедят сейчас, чем будут потом вздыхать до ужина. Такого вкусного обеда, да еще и с хлебом они давно не ели. А мясо и горошек в доме Эрлинга Эвера казались ему уже сном, чем-то нереальным. – Я за водой с Самиром пойду потом, наверное флягу возьмем, чтобы побольше.
- У нас там ерунда, я все еще вчера собрала. Немного нужно, давай помоемся лучше.
Марта разлила оставшийся суп, правильно поняв взгляд брата, каждому досталось по нескольку ложек.
- Ари, а давай потом макароны буковками купим, в пакеты же все равно такие кладут. А в пачке их больше, и кубики. Можно будет мяса поменьше, кубик и макарон, дешевле выйдет. Ты посмотри потом, сколько пачка стоит. В навар высыпем и все, на дольше хватит.
- Ого! – восхитился Аристин. – Ты научилась считать деньги? Тетка Викки молодец!
И правда, почему он сам не подумал об этом. В супе “буковок” немного, пакет стоит как треть пачки макарон. Можно будет и сыпать побольше.
- Нет. Просто жрать хочется.
Дома Марта никогда бы не сказала “жрать”. Как быстро они потеряли свои манеры, забыли уроки данные родителями. И Аристин никогда дома не сквернословил. Просто потому, что этого никогда не делал отец. Ни разу, за все еще тогда шестнадцать лет Аристин не слышал дурного слова от отца. Дед мог выразиться иногда, но ведь это сам Ингер Илиас, легенда, символ госбезопасности и силы, его поступки не обсуждались даже государем. И только Ингер Илиас мог прилюдно язвить первым лицам страны, и те терпели, потому что знали, что именно от Илиас зачастую зависит их жизнь и честь.
После такого сказочного обеда просто грехом было бы не завалиться на лежанку с книжкой. Любимый справочник по биологии, с нужными пометками и замечаниями на спорных местах.
Почему-то после особняка Эвера собственное жилище стало еще более неприглядно-убогим. Вот там недавно покосилась полочка, грязная банка с мусором на столе, кривой пол с разноцветными кусками линолеума, найденного на помойке, мешки с крошеным пенопластом, что Аристин начал заготавливать к зиме. Это вагон никогда не станет лучше, просто потому, что это не их дом.
Где книга?! Аристин перерыл все карманы в куртке, штанах, проверил подкладку, поискал на полу. Неужели потерял? Когда, где?! И как ему теперь быть без книжки? Она была крохотным, почти призрачным лучом надежды на поступление, на продолжение учебы, а теперь померк и этот свет. Может быть он обронил ее где-то на дороге? Или в магазине? Нужно сходить и поискать. А если она пропала в машине или особняке?
Аристин вернулся через два часа, опросив кассиров в магазине, просмотрев под ногами всю дорогу. Безрезультатно. Справочник он потерял. И это уже казалось знаком свыше. Теперь он просто шлюха, судьба сама указала ему место, лишив даже последнего символа той жизни, где подростки учатся, гуляют с девушками, живут с родителями в своем доме и совсем не думают о том, сколько брать за ночь в чужой постели.
Два дня блаженного безделья. Аристин не ходил в город, спал, чинил мелкие поломки в доме, таскал воду. Комиссия, на взятку которой он отдал двести, так даже и не дошла до семейства Илиас, и он задумался, а была ли она вообще? Наверняка просто прислали извещение о проверке, а староста содрал с них деньги, часть украл, а часть отвез как взятку, если конечно отвез. Интересно, других он так же бессовестно обирает? Раньше Аристин не замечал за собой таких мыслей, покорно отдавал требуемые деньги, на различные взносы, взятки, за вагончик, а теперь задумался. С какой собственно стати? Он не нелегал, у него хоть и нет рабочей регистрации, зато есть удостоверение беженца, с государственной печатью, есть свидетельства родства его и сестер, есть честная медсправка и он еще платит, чтобы его уберегли от полицейских проверок внутри лагеря? С другой стороны – не заплатишь, получишь от старосты все неприятности, которые можно получить. Интересно, как этот прощелыга стал старостой? И кем он был в Хокдалене? Наверняка каким-нибудь лавочником, а теперь ловил рыбку в мутной водице. Подумать только, он, Аристин Илиас и его семья зависят от какого-то провинциального пройдохи! Знали бы отец с дедом...
- Ари! – Самир не стучался, зная что к соседям можно и так, без спроса. – Тебя там к старосте зовут. Говорят срочное дело.
Только вспомнишь про дерьмо...
- Да неужто, опять комиссия, по выискиванию вшей у мигрантов? Интересно, сколько на этот раз? Не сказали еще? У меня ж тут самые длинные волосы, а это недешево, – едко спросил Аристин у соседа.
- Да нет, – Самиру самому до смерти надоели всякие проверки, комиссии и прочие взяточники и бездельники, – там бумага на тебя какая-то пришла.
Аристин мгновенно похолодел. Бумага могла быть только одна. Требование о выдаче Аристина Илиас новому правительству Хокдалена. Он даже представил себе этот заголовок – “За совершенные преступления на территории страны и противодействие государственному порядку”. Именно с такой формулировкой казнили его деда, его родичей, Юльву Гринер и ее семью и многих других, кого он знал с раннего детства. Иногда тех, кто успел пересечь границу, возвращали обратно, как товар, в целях налаживания международных отношений. Надо предупредить девочек.
- Щас, иду! – он метнулся в дом.
- Марта, меня вызывают к старосте, какое-то письмо пришло. Если это то, о чем я думаю, то имей в виду: если не вернусь, то берешь копии документов, Аннику и линяешь отсюда, лучше всего в детский дом. Документы уничтожишь, даже фотографии, скажешь любую фамилию, а про документы соврешь, что потеряла. Ясно?
- Ясно, – Марта даже не стала переспрашивать, если у Ари такое лицо, то лучше делать как он говорит. Обняла за шею, – Возвращайся.
- Садись, – староста даже указал ему на стул около стола. С чего бы такая честь, мог бы и постоять. – Ты, я смотрю, ловкий парень. Небось объявления поразвешал и чтобы работа сама тебя искала? Тебе пришло.
Руки по-настоящему дрожали, когда Аристин взял в руки конверт, уже вскрытый. Адресат – “Миграционный лагерь “Восточный”. Канцелярия. Для Аристина Илиас”. Отправитель – “Кафе быстрой кухни “Горячие булки”. Что это за “Горячие булки”?
Аристину Илиас.
Добрый день!
Мои менеджеры ознакомились с вашим резюме, размещенным в газете “Из рук в руки” и наша компания приглашает Вас на собеседование. У нас открыты вакансии уборщика и помощника по кухне с заработной платой от четырехсот и возможностью оформления регистрации. Ждем вас в рабочие дни с восьми утра до двадцати двух вечера. Наш адрес: Четвертая Квартальная улица Седьмого района, дом тридцать. При визите сообщите охране ваше имя и фамилию, а так же то, что вы приглашены на собеседование.
С уважением,
старший менеджер Бриан Евходи
Да, когда-то Аристин размещал объявление, в бесплатной газете, около полугода назад, но ведь никто так и не отозвался. А газета выходит раз в два дня. Или кто-то в этом кафе нашел старый номер и решил написать? Зарплата от четырехсот. Больше чем на стройке, но меньше чем за ночь, если сниматься в парке. И все же очень странно.