Понаехали!

…кафтан ему Радожский выделил из собственных запасов, что должно было бы обидеть, но Ежи то ли устал обижаться, то ли повзрослел.

- Извини, некогда, - а вот князь, кажется, чувствовал себя не совсем уютно. – Мои предки… прабабка была из тех, кому многое открыто. И нам отошла, если не способность, то… я тоже чувствую, как уходит время. Людоловы вот умерли.

- Все?

- Все… и те, что в остроге остались, и те, которые в ямах суда ждали. И… в один день, в один час, будто кто-то слово произнес. Такое возможно?

- Думаю, что вполне, - Ежи пощупал толстую ткань, щедро украшенную вышивкой. Правда, что-то подсказывало, что на боярина он все одно походил не больше, чем гусь на лебедя. Не хватало… нет, не золота, скорее уж привычки.

Привычки у него всяко иные.

- На самом деле я знаю немного, - вынужден был признать Ежи, хотя признаваться в таком да еще Радожскому…

…а ведь он и вправду подходит Анастасии куда лучше.

И государь его ценит.

И…

- Я… пытаюсь разобраться, но… ведьмаков не осталось. И выходит, что учусь, а чему и как…

- Выучишься, - Радожский в темном камзоле из бархатного сукна сидел прямо. И гляделся строгим серьезным. Старше своих лет. – Куда ты денешься.

- И вправду… - проворчал Ежи, стараясь не глядеть на князя.

Вот лучше в оконце поглядеть, на город, который разворачивался к Ежи иным, незнакомым боком. Нет, будучи студентом, он заглядывал и в Белую слободу, но все больше по краюшку, зная и понимая место свое. И на терема роскошные глядел все больше издали.

Теперь вот эти терема проплывали узорчатыми скалами, один другого краше.

…и появилось нехорошее такое чувство.

Зависть?

Будто… Зверь, пристроившийся подле, голову поднял и заворчал. Глаза его превратились в узкие щелочки, а когти пробили плотную ткань штанов.

- Тише, - попросил Ежи и глаза закрыл. Ему надо было бы увидеть не терема…

…закрывают глаза вовсе лишь несмышленыши, - раздался в голове знакомый голос. – Так, безусловно, проще сосредоточиться, но ты должен понимать, что человек с закрытыми глазами на диво беспомощен. И может статься так, что пока ты будешь пыжиться, силясь разглядеть что-то, кто-то разглядит тебя.

…это… показалось?

- Не стоит обманывать себя. Сосредоточься. Сначала это будет отнимать немало времени и сил, но постепенно ты поймешь, что смотреть и видеть – это разные вещи. Постарайся увидеть.

- С тобой…

- Тише, - прервал Ежи князя и руку поднял. – Мне надо…

И не договорил, замер, потому как дорога аккурат поворачивала ко дворцу. Ежи видел белую стену с чередою зубцов. И узкие тени бойниц, оставшиеся еще с тех незапамятных времен, когда дворец мог стать крепостью. Он и ныне мог.

И Ежи чувствовал эту, упрятанную в камне, сотворенную кем-то сеть, что питала камни силой, наделяя их немалой прочностью. Пожалуй, и ныне стены эти выдержат не только игривые ветра удары.

Нет.

Все… иначе.

- Смотри, - продолжал шептать голос. – Внимательно… первый слой – это визуальное воплощение скрытых сил. На самом деле ты воспринимаешь их не глазами, но собственною силой, однако разум человеческий слаб, а потому строит привычную картину.