Великая волшебница, вернувшаяся триста лет спустя

Подойдя к воротам и не покосившись на Синеглазку, я весело спросила:

— Ты, наконец, созрел для дуэли? Я так давно этого ждала!

Дир-Га перекосило, и в глазах мелькнула паника. Он ещё мальчишка. Избалованный, вспыльчивый, но недостаточно решительный.

— Эм, я как раз хотел об этом поговорить, — промямлил он, то опуская, то поднимая взгляд.

— За восемь малых камней маны я готова всем сказать, что ты меня победил, — предложила я. — И за пятнадцать — проиграть публично.

Сбоку шевельнулся Синеглазка, его взгляд на меня стал ощутимее и острее.

А дир-Га растерялся. Несколько мгновений он открывал и закрывал рот, переваривая сказанное и борясь с искушением.

— Дорого, — в итоге поник он. — Это слишком дорого, у меня только два камня.

Он выглядел таким несчастным, что я почти готова была посочувствовать. Почти. Потому что в некоторых случаях проявление милосердия равносильно причинению зла. Этот мальчишка слишком импульсивен, и в другой раз он может оскорбить куда менее терпеливого человека, чем я.

— Хорошо, — согласилась неохотно, — принеси мне эти два камня и десять золотых, тогда я на ужине объявлю, что мы примирились и дуэли не будет. Иначе, не обессудь, я буду донимать тебя этим вопросом и делать посмешищем перед твоими друзьями.

Его взгляд прошёл все стадии изменений от злости, укоризны, сожаления, обиды и всего прочего до смирения. Тяжко вздохнув, дир-Га стиснул рукоять меча, но только ниже опустил голову.

— Или твоя честь дешевле двух малых камней маны и десяти золотых? — добила я. — Учти, это предложение я делаю один раз, потом будет поздно.

Он сверкнул на меня злым взглядом.

— Сейчас принесу, — процедил сквозь зубы и направился прочь.

Я смотрела ему вслед, надеясь, что импульса хватит отдать мне эти камни, а то в будущем у меня может не появиться возможности отжать их мирным путём.

Тепло Синеглазки окутало моё плечо — так близко он встал позади меня. Близко и совершенно бесшумно.

— О, только не говори, — махнула рукой, — что я издеваюсь над ребёнком.

— Ты не издеваешься, ты грабишь.

— Воспитываю. — Я улыбнулась. — Ну и немного граблю, да. Но исключительно в воспитательных целях, чтобы в будущем думал, прежде чем угрожать.

— Хм, — протянул Синеглазка.

— Что?

— Мне казалось, тебе не нужны оправдания для ограбления.

Я оглянулась через плечо. На миг красота его лица совершенно сбила меня с мысли. И я отвернулась.

Конечно, у меня довольно незамутнённое отношение к чужой собственности, но я давно сделала себе установку, что должно быть некое основание для отъёма ценностей и желательно полностью легальное, иначе легко попасть в неприятности.

А ещё у меня не было привычки оправдываться перед посторонними и пытаться казаться лучше, чем я есть, прикрывая грабёж благородными целями. Но я сейчас делала именно это.

Некоторое время глядя в спину дир-Га, пошла за ним. А Синеглазка, конечно, сразу со мной поравнялся: