Минус двадцать градусов по Кельвину
- Автор: Рассвет КиберЪ
- Год: 2021
- Язык: русский
- Жанр: Альтернативная история
Электронная книга - «Минус двадцать градусов по Кельвину». Краткое содержание книги:
— Ну, чтоб все знать, — ответила, недоуменно уставившись на меня, Леви.
— На мороженку, — на автомате всучил я вкусняшку девчонке. — Ну вот смотри, — потыкал я в уже стоящую на полке книгу. — Это методики тренировки магов разрушения, тонкости и нюансы, — на что захрустевшая мороженкой Леви кивнула. — Во–о–от, ну и зачем мне, или тебе учить её наизусть? Знать, что она есть, примерно помнить, что там написано — полезно, вот я вспомнил, ну и проверил, уточнил. Но заучивать наизусть… как по мне, неэффективно.
— А не расскажешь, что ты искал? — заинтересовалась явно не слишком впечатленная моей позицией девчонка. — Если не секрет, конечно, — слегка смутилась она.
— Да, в общем–то, не секрет, — прикинул я. — У нас в библиотеке написано, что «крушение» — это разрушение всего, — начал я, на что Леви кивнула. — Однако, по факту, крушение — это разрушение связей, причем, маг сам определяет, какие связи будет рушить. Точнее, — поправился я, — на каком уровне. И вот, на экзамене и в спаррингах я столкнулся с тем, что Гилдартс не просто разрушает связи, а самые уязвимые, с минимальными тратами эфира. Казалось бы, ничего страшного, однако — он это делает неосознанно, — воздел я палец. — Ну а для базового эфира из контейнера такое свойство чрезмерно, — продолжил я, а девчонка, подумав, повторила кивательный жест.
— А что ты нашел? — пискнула Леви, прервав мою задумчивость.
— Да, в общем–то, любопытный момент, не более, — ответил я. — Маги крушения, как и другие маги состояний, довольно слабы по сравнению с магами созидания, например. До определенного уровня развития, безусловно. Ну а в методичке как раз тренировка этакого «полу–заклинания», придающая всем заклинаниям и проявлениям эфира крушения свойство поиска уязвимостей. Это тяжело на первичном этапе, тратит на все заклинания и проявления больше эфира, но, очевидно, Гилдартс практиковал постоянно, по сути «впечатав» этот способ чарования в себя и в контейнер. Собственно, — задумчиво продолжил я, — я сам занимаюсь подобным, придавая своему льду большую устойчивость к теплу за счет трат эфира. Базово, как проявление, — уточнил я. — Так что, вполне возможно, что и у меня через несколько лет будет «базовое свойство».
— Понятно, — сказала Леви. — Спасибо, что рассказал, — благодарно кивнула она.
— Да, в общем–то не за что, так, вопрос удовлетворения любопытства, — улыбнулся я. — Ладно, бывай, Леви, удачи тебе, — распрощался я, покидая библиотеку.
И вот, иду я, значит, в благородной задумчивости, насчет того, поработать ли мне с архивом, посмотреть задания или начать наводить справки по ряду интересных вопросов, как на меня налетают два парня–ровесника, один одетый как сутенер, притом. Ну и начинают у меня требовать(!) ответа, что я делал в библиотеке.
Ну вот вообще бардак какой, возмутился я. Нет, понятно, что беспокоятся за Леви, да и очевидно, влюблены в неё. Но, не настолько, видишь ли, ехидно отметил я, чтобы с ней сидеть в той же библиотеке. А уж их вопросы в стиле претензий… Да хоть бы и трахал я её, например, не их дело, пока в брак не вступят, злопыхал я. А уж библиотека вообще гильдейская.
— Не ваше дело, — по–доброму улыбнулся я. — Кстати, доброе утро Дрой. Доброе утро Сарусуке.
— Я Джет, — огрызнулся сутенер. — Если ты обидишь Леви…
— То что, Сарусуке? — искренне поинтересовался я. — Вы подходите ко мне, требуя, чтобы я вам рассказал о своих делах. Но делаете это без надлежащего уважения, — покачал я головой. — А уж библиотека принадлежит ВСЕМ членам гильдии, и ваше любопытство граничит с оскорблением. Нет, я понимаю, что вы беспокоитесь за Леви, — продолжил я. — Так посидели бы, поучились с ней. Ну и кроме того, например, скажу я что мы с ней, предположим, целовались. И что? Я не имею права, она, или это ваше дело? В общем, ребят, — благожелательно обратился я к обоим. — Либо реально занимайтесь с девчонкой, либо не мешайте гильдийцам. Во всех смыслах, — уточнил я.
Но у парней, очевидно, взыграл гормон, так что с воплем «Ублюдок!», сутенёр, используя магию скорости, рванул ко мне. Закономерно поскользнувшись и на всей скорости въехав сутенерской шляпой и её содержимым в барную стойку. Ну а Дрой стал кидаться в меня всяческой гербологией, видно, от большого ума. За что и был, по голову, вморожен в глыбу льда, как и его семечки.
И только я, проснувшийся и взбодрившийся, стал готовиться к проведению педагогических мероприятий, как выбегает Леви, встает передо мной и кричит:
— Не трогай Джета и Дроя! — ну и добавила, под моим ехидным взглядом, покраснев. — Пожалуйста.