Всё о Ниро Вульфе. Том 1 [компиляция]

– Так. Ясно. Машинка предоставлена для всеобщего пользования, так что на ней печатают тысячи людей.

– Едва ли тысячи, но все же многие.

– Достаточно десятков. Видели ли вы, чтобы ею пользовался Поль Чапин?

– Трудно сказать… Впрочем, однажды… Да, припоминаю, как он сидел на маленьком стульчике перед машинкой, подсунув искалеченную ногу под стол. Да. Точно.

– Ну, а кого-нибудь из своих друзей, членов Лиги?

– Честное слово, не могу сказать.

– Есть ли в этой комнатке другие машинки?

– Есть еще одна, но она принадлежит общественному стенографисту. Она закрыта. Что касается первой, то ее когда-то пожертвовал клубу один из членов. Поначалу машинка находилась в библиотеке, но специалисты по печатанью одним пальцем так на ней грохотали, что ее выдворили.

– Олл райт.

Я поднялся.

– Могу ли я сказать Вульфу, когда вы вернетесь? Вдруг вы еще будете нужны ему?

Фарелл ответил, что завтра подготовит чертежи, чтобы показать их мистеру Олленби.

Я поблагодарил его, сам не знаю за что, и вышел, чтобы вдохнуть свежего воздуха и поискать такси, которое доставит меня на вокзал.

В душном вагоне сигарный дым смешивался с углекислотой, выдыхаемой сотней легких, и образовывал среду, в которой за час погибли бы все орхидеи Вульфа. Это не способствовало хорошему настроению. Мы приехали в полночь, и я отправился домой. В кабинете было темно: Вульф лег спать. На моем столе записки не было, так что ничего экстраординарного не случилось. Я достал из холодильника кружку молока и пошел наверх.

Комната Вульфа находилась на том же этаже, что и моя. Я подумал, что, возможно, он еще не заснул и захочет услышать приятную весть. Я прошел в самый конец коридора посмотреть, не выбивается ли свет из-под его двери. Близко я не подходил, потому что, когда Вульф ложился в кровать, он включал сигнальную систему. Если кто-то приближался к его двери менее чем на восемь футов, в моей комнате раздавался звонок, который мог кого угодно отправить на тот свет. Щель под его дверью была темной, так что я со спокойной совестью начал укладываться, одновременно расправляясь с молоком.

В пятницу утром после завтрака раздался звонок. Это Вульф звонил из спальни. Он спросил меня, доставило ли мне удовольствие путешествие. Я ответил, что если бы я ездил в компании Доры Чапин, тогда это было бы нечто сказочное. После этого он осведомился, припомнил ли мистер Фарелл, какой машинкой он пользовался, чтобы напечатать свою записку?

– Она находится в Гарвард-клубе, в маленькой комнатушке рядом с курилкой. Похоже, что члены клуба выстукивают на ней разные мелодии, когда у них появляется охота музицировать. Это здорово сузит круг наших действий: мы можем исключить всех людей из Йеля и прочую мелкоту. Совершенно очевидно, что Чапин стремился всячески облегчить нашу задачу.