В аду любят погорячее
- Автор: Блум Мэри
- Серия: Инцел на службе демоницы #3
- Язык: русский
- Жанр: Романы для взрослых
Электронная книга - «В аду любят погорячее». Краткое содержание книги:
Карие глаза, в которых секунду назад отражался мухомор карусели, замерли на мне.
— Даже тебя не могу убить просто так!
Тон был такой, будто это вызывало у нее самые большие сожаления.
— Мне не очень нравится, — заметил я, — что ты постоянно твердишь, что хочешь меня убить.
— Тебя надо наказать! — без раздумий буркнула эта бестия.
— И за что? — поинтересовался я.
Над головой раздалась очередная порция визгов, стонов и чмоков. Карусель достигла максимума высоты и скорости и теперь вращалась вовсю, показывая, что такое настоящий засос.
— За то, что хотел меня соблазнить, — возмущенно выдала Джи, — и облапал!
После такого заявления я невольно пробежался глазами по строгой офисной блузке, которая еще не высохла от недавнего “всплеска”, из-за чего контуры белья заманчиво просвечивались, очерчивая упругую грудь. Следом взгляд скользнул по сочным плотно обтянутым тканью бедрам, которые так и подмывало хорошенько пощупать.
— Я бы и сейчас не отказался…
И соблазнить, и облапать. Даже бы трахнуть тебя не отказался, чтобы ты еще раз получила свою награду.
В тот же миг она резко шагнула ко мне. Пальцы с силой вцепились в мой воротник — ткань затрещала, до боли впиваясь в шею.
— И что, — пьяное, пропитанное вином дыхание ударило мне прямо в лицо, — даже бы так не отказался, зная, что после сдохнешь?
Опаляя жаром, медальон вдруг загрел на груди — агрессивно и вместе с тем жалобно — как отталкивают в надежде, что вместо этого ты обнимешь. Ее глаза пронзали мои, губы, слегка открывшись, застыли всего в паре сантиметров от моих. Хватка на моей шее из мучительной стала отчаянной. Она хочет, но никогда в этом не признается — не то что мне, самой себе. Она никогда не ослушается рай, а мне он не указ.
Только тот, кто не боится потерять все, может получить все…
С каких это пор моим духовным наставником стал хозяин ада? Да и плевать… По крайней мере, я точно знал, что могу себе позволить все, что хочу — даже то, чего она не может. И если после захочет убить, пусть хоть будет, за что меня убивать. Потянувшись, я сам перехватил ее губы — и она ответила.
По ощущениям это не был самый сладкий поцелуй в моей жизни, но уж самый крышесносный точно — я будто засосал атомный реактор за мгновение до взрыва. Секунд пять она впивалась в меня на рефлексах, жадно и самозабвенно, словно впервые за последние пару тысяч лет глотнула воздух и теперь хотела надышаться вволю. А дальше сработал мозг. К несчастью, мой сработал немного раньше, и я понял, чем все закончится еще до того, как оно закончилось.
Яростно оттолкнув меня, она распахнула глаза, которые стремительно затягивала грязно-оранжевая ржавчина. И точно такого же цвета становилось небо над нами — из ниоткуда на парк надвигалась огромная мутная туча, способная растопить кислотой весь мир.
Надеюсь, я не начал апокалипсис…
Ep. 24. Парк эротических аттракционов (VI)
Всего за долю секунды небо заволокла бескрайняя ржавая туча — казалось, вот-вот пойдет сильнейший ливень, расплавляя грязными каплями все вокруг. Только в этот миг я сообразил, что в парке больше не раздавалось ни звука: ни визгов, ни стонов, ни железного скрежета карусели над головой. Люди, аттракционы — все замерло. Взмытые в воздух юбки так и застыли против всех законов физики. Мгновение будто заморозили, и я не знал, что случится, когда его разморозят обратно: будет ли мир таким же, как и прежде, и останусь ли в этом мире я. Потому что самый мощный ураган бушевал в грязно-оранжевых глазах напротив меня. Плотно сжимая губы, Джи сделала шаг ко мне — я словно услышал, как задрожала земля под ее ногами.
— Успокойся! — выдохнул я, быстро отступая назад. — Все нормально!
Сейчас ты умрешь… Жуткий скрипучий голос пронесся в моей голове, напоминающий скрежет крышки гроба. И это — ангел? Вгрызаясь в меня глазами, будто разрывая ими на части, она сделала еще один шаг ко мне, как палач, приближаясь к жертве, чей приговор уже не отменить. Все вокруг стало еще темнее, словно краски мира стирались — словно я сам стирался.
— Да это же просто поцелуй! — я отскочил назад.
Умрешь… Снова проскрипел в голове ее голос, как заевшая пластинка. Губы, которые миг назад впивались в мои, Джи теперь даже не размыкала, будто я их осквернил. Ее широко распахнутые, не мигающие глаза казались безумными, абсолютно не связанными с мозгом. Едва ли сейчас она была способна что-то слышать и понимать — только видеть того, кого хотела уничтожить. Это был аффект, причем потусторонний. Я даже не представлял, что со мной будет: сожжет она меня, придушит, четвертует или просто раздавит — исход казался неумолим, как от столкновения с несущимся навстречу составом. Зажмурившись, я вцепился рукой в медальон, мысленно взывая к Би.