Вся Агата Кристи в трех томах. Том 2. Вся Мисс Марпл

— Я должен изменить свое предыдущее заявление, — сказал сэр Генри. — Действующие лица вашей загадки оказались очень интересные. Я прямо вижу их перед собой. Э-э, не так ли, мисс Марпл?

— Человеческая природа всегда интересна, сэр Генри. Примечательно, что определенные типы имеют тенденцию действовать одними и теми же способами.

— Две женщины и мужчина — извечный треугольник. Не здесь ли ключ к разгадке? Мне кажется, здесь, — задумчиво произнес сэр Генри.

Доктор Ллойд нерешительно откашлялся:

— Я вот о чем думаю: вы, миссис Бантри, говорите, что тоже плохо себя чувствовали?

— Еще бы! И Артур, и все!

— Вот именно, все, — сказал доктор. — Вы понимаете, что я имею в виду? В истории, которую нам только что поведал сэр Генри, один застрелил другого. Он же не стал стрелять во всех, кто находился в комнате.

— Не понимаю, — пожала плечами Джейн. — Кто и в кого стрелял?

— Дело в том, что, кто бы ни задумал это, действовал он очень странно. Либо он слепо верил в случай, либо с полным пренебрежением относился к человеческой жизни. Но я не могу поверить, чтобы человек, решившийся устранить одного, намеренно отравил восьмерых.

— Понимаю вашу мысль. Мне следовало над этим задуматься, — признался сэр Генри.

— А не мог ли он также отравить и себя? — спросила Джейн.

— Кто-нибудь отсутствовал на обеде в тот вечер? — спросила мисс Марпл.

Миссис Бантри покачала головой:

— Все были.

— Кроме мистера Лоримера, я полагаю, он ведь не гостил у Эмброза.

— Нет. Но он обедал в тот вечер.

— О! — воодушевилась мисс Марпл. — Это же все меняет. — Она встревоженно нахмурилась. — Какая же я глупая, — пробормотала она. — В самом деле, какая глупая.

— Признаюсь, ваша точка зрения, Ллойд, насторожила меня, — сказал сэр Генри. — Как же можно было сделать так, чтобы девушка, и только девушка, получила смертельную дозу?

— Никак, — ответил доктор. — Это-то и подводит меня к мысли, которую я хочу высказать. А что, если не девушка была намечена жертвой?

— Что-что?

— При пищевых отравлениях результат очень неоднозначен. Несколько человек сидят за столом. Что же происходит? Одним становится немного плохо. Другие испытывают серьезное недомогание, а один — умирает. Вот ведь как бывает. Нигде и ни в чем нет определенности. Бывает, что вмешиваются сторонние факторы. Дигиталис — это лекарство, которое действует непосредственно на сердце. Как я говорил, его выписывают в определенных случаях. В доме был один человек, который страдал сердцем. Предположим, он был выбран жертвой. Что гибельно для него, не будет гибельно для других: так мог рассуждать преступник. То, что обернулось все иначе, является лишь доказательством того, о чем я только что сказал, — неопределенности и ненадежности воздействия лекарств на человеческий организм.

— Сэр Эмброз… Вы думаете, преступник имел в виду его? — спросил сэр Генри.