Взгляд василиска (СИ)

— На такого, как ты, не жаль тратить свои силы, — Скортезе мягко двинулся в бок с парнем, продолжая обнимать за плечи, и погладил того осторожно, словно подбадривая, — я верю в великолепный результат. И вижу в тебе настоящего наследника Тёмного лорда. Для меня честь учить тебя.

На щеках против воли разлился румянец. Усталость пошла побоку. Одно дело, выдавать себя за наследника. Другое дело, когда другие люди считают тебя таковым. Гарри растаял от слов мужчины, польщённо закусив губу.

— Захвалили… Краснеть начал…

После его слов Скортезе тихо засмеялся. И как же красиво звучал этот смех… Гарри всё сильнее начинал задумываться о том, что профессор чертовски красив. Его хотелось бы… попробовать. С крёстным, как бы больно ни было думать, не светило. Он ни за что не принял бы чувства Гарри. Но профессор… С ним есть шанс. Статный молодой мужчина, умеющий найти подход ко всем, мог стать подходящей заменой Марволо, раз уж чувства Гарри обречены быть безответными. Да, такое отношение — некрасиво, но выбора не оставалось. Он должен вытеснить неправильные чувства и заменить их на более подобающие… пока не измучил себя.

— Вы мне нравитесь… — идти Гарри решил напропалую, но в последний момент затормозил, на тот случай, если профессор никогда не рассматривал его в таком плане. — … как преподаватель.

Молчание, последовавшее после признания, не предвещало ничего хорошего. Поэтому Лестрейндж и добавил под конец иной смысл, желая избежать неудобств. И всё равно… молчание начало напрягать. Но рука профессора так и оставалась на плечах. Только хватка ослабла. Не будь у Гарри очков, вряд ли бы он рискнул посмотреть на мужчину. Но они всегда на месте и служат прекрасной защитой от неловкости, страха и других чувств, которые люди могут показать с помощью одного лишь взгляда.

— Только ли как преподаватель? — спросил вдруг Скортезе, когда задумчивость и хмурость сошли с его лица.

— А если… не только? Вас это напрягает? — спросил Гарри, испытывая жуткое волнение, на грани страха. Своим признанием он явно ошарашил мужчину. Особенно если тот чтит этические нормы.

— Не так, как должно бы, — честно признался ему Скортезе, и хватка вновь усилилась. — Ты весьма привлекателен, Гарри.

— Вы тоже. И раз так, то… ничего не мешает, — немного неловко выразил своё согласие Гарри, и волнение немного отступило. Появился проблеск надежды.

Быть в отношениях со своим учеником — для Энрике это было что-то новое. Он видел в Гарри красивого юношу, с которым провёл бы не одну ночь, еще под конец его пятого курса. И возраст особо не волновал, ведь он просто рассматривал, и ни в коем случае не думал о том, чтобы желаемое сделать реальностью.

А теперь, когда юноша стал старше и признался через страх, Скортезе решил попробовать. Гарри — не тот мальчик, что предаст огласке отношения с преподавателем. Мужчина мог не бояться получить нож в спину. А то, что мальчик — сын Тёмного лорда, он думал в последнюю очередь.

— Ты не боишься?

Мужчина взял юношу за руку, переплетая с ним пальцы, и в ответ тот сжал чужие пальцы чуть сильнее. Теперь бояться нечего. Скортезе не стал бы причинять ему вред, даже не из страха, а просто потому что не такой. Гарри не просто верил — знал наверняка. Повернувшись к нему вполоборота, Лестрейндж рискнул и положил другую руку на щёку мужчины, чуть огладив её. Ощущение было непривычным… будоражащим. И когда его ладони перехватили, стало жутко волнительно и так сладко…

Скортезе нутром чуял, для юноши впервые всё, абсолютно. Не только отношения с мужчиной, но и сами отношения в принципе. И всё же была вещь, которая не давала покоя. Он хотел убедиться.

— Ты когда-нибудь целовался?

— Ну, так… было один раз, — признался Гарри, не сразу собравшись с воспоминаниями. Близость, нервозность и пылающая невинность мешали быстро думать.

— Готовься ко второму разу, — с тихим смехом ответил Скортезе и не дал юноше время на раздумье — притянул к себе ближе и очень осторожно коснулся его мягких губ своими. И тут же ощутил руку парня в своих волосах.

Гарри был готов зайти чуть дальше и позволить мужчине углубить поцелуй. Он давал понять, что ему действительно нечего бояться, и даже хочется большего, несмотря на то, что это их первый, пробный поцелуй, сладко отзывающийся в голове и порождающий искры.

Но мысль о том, что всё происходит слишком быстро, притормозила Гарри. Он словно отрезвел и уже не так яро цеплялся за профессора в попытке получить больше. Скортезе уловил изменения, и потому прекратил ласкать мягкие губы, которые бы с удовольствием потерзал ещё немного… и зашёл бы чуть дальше, насладившись юношей сполна.

Голова у Гарри шла кругом. Водоворот ощущений слишком резко начал поглощать, к чему он был не готов. И удивительно, что такое произошло с ним во время первой же, и ещё невинной, близости со Скортезе. Вывод один напрашивался — мужчина ему слишком сильно нравился. Даже больше, чем он ожидал.

— Повременим с этим? — профессор словно мысли прочёл и понимающе улыбнулся. — Ты куда невиннее, чем я думал.

— Вы думали, что я плохой мальчик?

— Не совсем. Ты способен очаровать любого, и пользуешься своим умением, но из-за неких блоков внутри не пытался довести дело до отношений ни с кем.