The Мечты. Бес и ребро
- Автор: Светлая Марина
- Серия: The Мечты #3
- Год: 2021
- Язык: русский
- Жанр: Прочее юмористическое
Электронная книга - «The Мечты. Бес и ребро». Краткое содержание книги:
В какой-то момент мы утрачиваем то, что прежде помогало жить с верой в лучшее. Или в Деда Мороза. И тогда забываем свои крылья в самых темных углах нашей души. Или того, что от нее осталось.
Одни из нас становятся стариками, скептично глядящими на мир. Других навсегда меняет приобретенный опыт, превращая в прагматиков. Третьи – боятся снова рискнуть и обжечься, ведь нет ничего страшнее разбитой мечты.
Стефания Адамова все осколки своих былых грез тщательно смела на совок и выбросила в мусорное ведро, опасаясь пораниться сильнее, чем уже успела. А после решила, что мечты больше не входят в ее приоритеты, в которых отныне значатся карьера, достаток и развлечения.
Но что делать, если Мечта сама появляется в твоей жизни и ей плевать на любые решения?
- Не просплю, - усмехнулся Малич, тоже поднявшись и пряча очки в карман. Потом все-таки притянул ее к себе и крепко поцеловал, наплевав, что там будет с гримом. Впрочем, Стеша не особенно-то и барахталась в его руках. Лишь первую секунду. Потом позволила, впустила, сама прижималась к нему все крепче, будто желая стать с ним единым целым, не готовая, не способная его отпустить. И только потом, когда Андрей заставил себя отстраниться, потому что поцелуй грозил перейти в нечто иное, она, с трудом переводя дыхание и глядя на него затуманенными глазами, проговорила грудным голосом, чуть кусая губы:
- На твоем месте я бы все же подумала о стриптизе. На ужин сегодня рассчитывать не приходится, так хоть стриптиз.
- Работай иди, потом разберемся! – расхохотался Андрей и подтолкнул ее к двери. Сам пошел за ней следом, каждую секунду пропуская сквозь себя ее запах, вид, движения – все ее актерство наравне с тем, что составляет ее естество. И думал, что тоже смертельно соскучился. Гораздо сильнее, чем можно сказать словами. И как хорошо, что все наладилось. И как хорошо, что впереди у них так много разного, о чем он раньше и не думал мечтать, ошибочно полагая свою жизнь подошедшей к тому рубежу, за которым ничего нового быть не может.
А сегодня вот, пожалуйста, у Стеши премьера.
У Стеши тысяча дел, которые на нее не свалились бы, если бы не счастливый случай, произошедший в июне этого года, когда она подмяла бампер одному японцу.
Она порхала по сцене во время прогона, терпеливо примеряла платья, одно за другим, под недобрым взглядом Махалиной, ждала, пока на ней подгонят последние швы, умывалась и приводила себя в порядок, потом глушила кофе с Велигодским, предложившим ей сгонять пообедать в кафе возле театра. Туда же подвалил и Аркаша Жильцов, нервный, злой, с дергающимся глазом. Каким всегда бывал в дни, подобные текущему.
- Может, кофейку? – рассмеялась Стеша, наблюдая, как он в который уж раз за обед уронил вилку.
- Да ему если б с коньячком кофейку, - поддел Артур, - тогда б толк был. А так – перевод продукта.
- Идите оба нафиг, - отмахнулся Аркаша. – Куда мне его сейчас?
- Декорации установлены, костюмы готовы, свет настроили, актеры трезвы. Чего тебе надо? – улыбнулась она. – Я даже текст помню хорошо, не подкопаешься.
- Ага, под тебя копнуть – самому без головы остаться. Отберешь лопату и огреешь по шее.
- А ты не пробуй. Ты получай удовольствие от процесса. Может, все-таки тяпнешь за премьеру? К вечеру рассосется.
- Змея ты, - пробурчал Жильцов. – Искусительница. Вечером напьемся. Юхимович бронировал диванчики в Айя-Напе, чтоб гулянку устроить, обмыть это дело.
- Это без меня, - важно сообщила Стеша. – Я сразу домой.
- Как это домой? – спросили хором оба ее... пожалуй, что друга.
- Обыкновенно домой. К мужу, - легко ответила Стефания, наблюдая, как у мужиков напротив вытянулись лица. – Что? Он у меня ЗОЖник! Приходится подстраиваться.
- Не веган, не? – зачем-то уточнил Артур.
- Не, не до такой степени.
На этом Стефания завершила свою трапезу, сделала Жильцову и Велигодскому ручкой и свалила на набережную, где еще двадцать минут релаксировала, глядя на волны. И думала, что теперь может смотреть на них бесконечно. И бог его знает, это потому что она полюбила человека, который любит море, или потому что полюбила море сама. Или потому, что теперь, как никогда раньше, чувствует себя свободной любить.
А потом все началось сначала. Костюмы. Парик. Грим. Шум закулисья. Круговерть дня премьеры. Дерганый Аркаша, хохмящий дирижер. Юхимович, готовящийся встречать спонсоров и столичных деятелей и по этому поводу едва ли не выстилающий красную дорожку. А еще Махалина, ушившая к вечеру платье так туго, что сложно вздохнуть, а косточки, которые держат форму, впиваются в кожу на ребрах.
Но все это ерунда. Все это отходит на второй план в последние секунды перед открытием занавеса, когда шум на мгновение смолкает, и остаются только она – и зритель. И сцена между ними.
Стеша ступает на ярко освещенные Елисейские поля где-то в Новом Орлеане и перестает быть Стешей. Теперь она Бланш Дюбуа, и больше ей некуда идти. Она у своего последнего пристанища. Шаг за шагом она стремится к своему концу, сгорая, как мотылек, летящий на свет. Шаг за шагом она приближается к краю сцены, где выхватывает зрением Андрея, сидящего прямо за оркестровой ямой в первом ряду партера с корзинкой фиалок на коленях. Где-то там же и его дочки с зятем. Но их она почти не видит. Не различает. Главное – он здесь. Всегда он. Всегда есть и всегда будет. И видит каждый ее шаг, и под его взглядом ее шаги становятся все увереннее, пока наконец она не чувствует себя способной разбежаться так сильно, что можно взлететь, зная единственную истину – он поймает. Он обязательно поймает ее у любой пропасти.