Невернесс [litres][Neverness]

Я, как и многие в Ордене, думал, что пилоты слишком часто ссорятся со своими товарищами из ревности и соперничества, что одни профессии склочничают с другими и разные школы внутри одной профессии тоже враждуют, пытаясь навязать другим свое толкование задач Ордена. Первоначальная, объединившая всех идея о человечестве, осваивающем космос, ищущем свое место и роль во вселенной, распалась на сто философий, направлений и концепций.

– Но ведь эта судьба всех религий и орденов, разве нет? В конце концов они разваливаются и гибнут.

– Разваливаются и начинают воевать, если быть точным. Если я позволю своим пилотам делать, что им вздумается, мы получим войну – грязную и кровопролитную.

Я улыбнулся, полагая, что Хранитель слишком уж драматизирует, и сказал, повторяя высказывания историков:

– Война – это мертвое искусство, такое же мертвое, как Старая Земля. Есть же запреты, есть уроки истории. Не думаю, чтобы кто-то из нашего Ордена захотел изобрести войну заново.

– А как же война между Большим Сиэлем и Мио Люс?

– Это был просто конфликт – не настоящая война.

– Не настоящая! Да что ты можешь знать о войне? Тихисты забрасывали детерминистов термоядерными бомбами! Сколько у них там погибло – миллионов тридцать?

Я попытался вспомнить уроки истории.

– Да, тридцать с чем-то – не помню точно. – Но в этот самый момент мне вспомнилась точная цифра. – Тридцать миллионов четыреста пятьдесят четыре тысячи – в приближении.

– И это, по-твоему, «конфликт»? Называй, впрочем, как хочешь, но разве твой конфликт не перерос в «настоящую войну»? Запреты! Черта с два! Как ты думаешь, почему в Цивилизованных Мирах сохраняется мир? Потому что война вещь разорительная – вот тебе главная причина. Хотя Большой Сиэль и Мио Люс связаны единственным каналом, у некомпетентных пилотов-тихистов с их грязными термоядерными бомбами – у тех немногих, кто выжил в мультиплексе – ушло тридцать лет на дорогу до Мио Люс. Самые желторотые наши кадеты проделали бы тот же путь за тридцать дней.

– Время изменчиво, – сказал я, передразнивая одно из его знаменитых изречений, но улыбка погасла на моем лице, когда я понял, к чему он клонит. Если путешествовать по мультиплексу стало так просто, то и война может стать простым делом. А кому еще мультиплекс знаком так, как пилотам нашего Ордена? И возможна ли бóльшая катастрофа, чем война между разными фракциями Ордена? – Но даже если бы воевать было легко, – возразил я, – это было бы слишком ужасно – ни одна сторона на это бы не пошла. Не знаю, конфликт там был или война, но жители Большого Сиэля и Мио Люс просто обезумели. Большинство наших народов и планет миролюбиво.

Хранитель неожиданно снова подошел и навис над моим стулом.

– Мэллори, Мэллори, – сказал он, нахмурясь, – тебя били по башке, резали, с тобой трахались, тебя любили, ненавидели и учили уму-разуму, но ты так и остался наивным. – Он откинул со лба белые волосы и вздохнул. – Святая простота! Что лежит в основе нашей истории? Стремление к миру? Ха! Война – вот расплата за приобретенную нами власть; война была проклятием человека двадцать тысяч лет. Природа вещей такова, что мир выбрать никто не может, зато всякий может навязать войну остальным. Почему, по-твоему, погибла Земля? Рассказать тебе одну притчу из ее истории?