Зарубежный детектив

С ноткой нетерпения в голосе сэр Роналд спросил:

— Вам не нравится предложенная работа?

Корделия посмотрела на мисс Лиминг, но та отвела взгляд в сторону.

— Нет, я согласна работать, — сказала Корделия, — но только до сих пор не уверена, всерьез ли вы мне это предлагаете.

— В противном случае я вообще не стал бы с вами разговаривать.

Корделия сказала:

— Подумайте, что еще вы могли бы мне сообщить. Самые обычные вещи могут иметь значение. Был ли ваш сын здоров? Не было ли у него неприятностей в университете, каких-нибудь сердечных неурядиц? Может быть, ему не хватало денег?

— По достижении двадцатипятилетия Марк должен был унаследовать значительное состояние своего деда по линии матери. А до той поры он получал от меня вполне приличное содержание. Правда, после того, как он ушел из университета, он вернул переведенные мною деньги обратно на мой счет и велел служащим банка поступать так же с переводами, которые будут приходить впредь. Очевидно, что последние недели своей жизни он располагал только тем, что зарабатывал сам. Врач, производивший вскрытие, не обнаружил у него никаких болезней, а куратор из университета сказал, что с учебой все было в порядке. О его амурных делах я ничего не знаю. В них он меня не посвящал — да и какой современный молодой человек откровенничает с отцом? Но если у него и были любовные похождения, то я уверен, что увлекался он женщинами.

Мисс Лиминг еще раз прервала созерцание сада, чтобы воскликнуть:

— Мы же ничего не знали о нем, ничего! Зачем же теперь, когда его нет, начинать копаться в этом?

— А его друзья? — спокойно продолжала Корделия.

— Здесь они бывали редко, но двое приезжали на похороны: Хьюго Тиллинг, который учился вместе с Марком, и его сестра — аспирантка из Нью-Холла. Ты не помнишь ее имени, Элиза?

— Софи. Софи Тиллинг. Марк как-то приезжал сюда с ней обедать.

— Расскажите мне еще немного о вашем сыне. Где он учился?