Воин на полставки

Приподнялась с пола и, не веря своим глазам, зажала рот ладошками. Чтобы вздохом восхищения не спугнуть… Кого не спугнуть?

В ярких и сочных красках на площадке перед крыльцом пышным цветом цвели полные жизни деревья. Сливовые деревья. Не скажу, что хорошо разбираюсь во флоре, но в саду храма Поющих Камней по дороге в библиотеку росли такие же сливы. Чуть хуже, правда, потоньше и совсем одичалые. Но вид их и чарующий запах, разносившийся по округе, не оставлял никаких сомнений.

А этот дух, копающийся в земле… Длинные фиолетовые волосы заплетены в толстую косу, откинутую за спину.

– Ваньян?

Непроизвольно вырвалось. Знала же я, что Ваньяна ни в мире живых, ни в мире духов больше не существует.

И мужчина обернулся. Он обернулся бы в любом случае, назови я его собакой сутулой в том числе. В этом мире имеет полное право находиться только он и любой чужак – нонсенс. Исключение из правила. Такие, как я.

Однако сомнение уже закралось. Разрастаясь всё сильнее по мере того, как лицо прекрасного садовника грустнело, брови опускались, уголки губ вслед за ними.

Ты должен гнать меня отсюда в шею! Чего ты сидишь? Чего ты сидишь и смотришь на меня так?!

– Какие красивые… сливы, – едва шевеля губами, произнесла вместо этого я.

Одновременно мы сели друг перед другом на колени и хором произнесли:

– Прости.

Я ожидала разбора полетов, а в итоге всё оказалось куда драматичнее. Прямо как в романах с неожиданной развязкой.

– Зачем ты это сделал?

– Ты и сама должна была понять, что расплавленную душу назад не вернуть. Невозможно вернуть то, чего больше не существует. Даже если осталась малая ее часть.

– Тогда зачем? – в носу защипало. – Тебе больше трех сотен лет, Ваньян. Ты же мудрый дух, в конце концов. Зачем выставлять себя тем, кем не являешься? Лгать?

– Чтобы дать тебе возможность двигаться дальше. Я – твой Соуль-оберег, ты – мой хозяин. Если моя жертва станет для тебя благом, я не упущу возможности принести ее. Природа духа неизменна, хоть сотни ему лет, хоть тысячи.

– Ваньян…

Даже его высокопарная речь уступила место современной. Всё это время я думала, что Юаналай довольно странно ведет себя даже для духа, изменившего свои ценности. Но ценности моего Соуля всегда оставались неизменны. Именно потому со мной рядом был тот, кого я хотела видеть, а не тот, чьи манеры и заумные речи меня раздражали, но который желал для меня самого лучшего.

– За что ты просишь прощения? – осведомился мужчина. Лепесток сливы плавно опустился на его плечо.

– За то, что моя глупость заставила тебя пойти на такое, – искренне ответила я. – Наверное, – вырвался нервный смешок, – тебя еще никогда так не унижали. Я… я даже воином могу назвать себя с огромной натяжкой. – Неожиданно слова полились из меня бурным потоком, вместе со слезами. Как будто до этого выговориться было некому. – Воин на полставки. Только так. Мечтала о Соуле, мечтала Империю спасти, а в итоге всем только палки в колеса вставляю. Ну какой из меня воин? Что я вообще тут делаю? Кого я пытаюсь убедить? Если бы мне не помогали постоянно, я уже давно коней бы двинула. Сначала Хён, потом ты, потом Чжао Эртай. Меня вечно кто-то спасает только потому, что я ни на что не способна, зато очень харизматичная! Пытаюсь, пытаюсь, раз за разом! Но это всё равно что гвозди заколачивать ладонью… Уже вся рука отбита, а гвоздь как торчал, так и торчит себе, потому что кожа мягкая, а силы не хватает, и!..