Сочинения в четырех томах. Том 2
- Автор: Флеминг Ян Ланкастер
- Год: 1996
- Язык: русский
- Год: ТЕРРА
- ISBN: 5-300-00582-7 (т. 2), 5-300-00580-0
- Переводчик: Не указаны
- Жанр: Другие детективы
Электронная книга - «Сочинения в четырех томах. Том 2». Краткое содержание книги:
Во второй том Сочинений вошли романы «Бриллианты вечны», «Из России с любовью» и «Доктор Но».
— Вот как? А вы? И как вы попали ко мне в кровать?
— Спустилась по лестнице. Я живу в этой же гостинице, двумя этажами выше. — Голос был низким и приятным. Акцента почти не чувствовалось.
— Ну что ж, тогда я ложусь спать.
Простыня тут же опустилась до уровня подбородка, и девушка приподнялась на подушке, покраснев от смущения.
— Нет, нет. Только не в эту кровать.
— Но это моя кровать. Да и вы сами пригласили меня. — Бонд посмотрел на нее изучающим взглядом: лицо было действительно прелестным.
— Но это просто так, к слову пришлось. Мне хотелось напомнить о своем существовании и представиться.
— Рад познакомиться с вами. Меня зовут Джеймс Бонд.
— Меня — Татьяна Романова. Друзья зовут меня Таня.
Наступила тишина. Они разглядывали друг друга — девушка с любопытством и очевидным облегчением, Джеймс Бонд — с подозрением.
Девушка первой нарушила молчание.
— Вы очень похожи на свои фотографии, — сказала она и снова покраснела. — Прошу вас, наденьте что-нибудь. Вы не даете мне собраться с мыслями.
— А вы — мне. Ничего не поделаешь. Мы — мужчина и женщина. Если я лягу рядом с вами, необходимость в одежде исчезнет. Между прочим, а во что вы сами одеты?
Она опустила простыню чуть ниже и дотронулась до черной бархатной ленточки вокруг шеи: «Вот в это».
Бонд посмотрел в дразнящие синие глаза, будто спрашивающие, достаточной ли одеждой является узкая ленточка на шее. Он чувствовал, что теряет над собой контроль.
— Черт побери, а где ваша одежда? Вы так и спускались по лестнице с одной ленточкой на шее?
— О нет! Это было бы неприлично. Я спрятала платье и белье под кровать.
— Если вы думаете, что вам удастся сейчас уйти из комнаты, уйти просто так…
Бонд не договорил, встал с кровати, подошел к шкафу и надел темно-синюю шелковую пижаму.
— Неэтично делать такие намеки…
— Неужели? — саркастически улыбнулся Бонд, придвигая стул к кровати. — Тогда я скажу вам что-то действительно этичное. Вы — одна из самых красивых женщин в мире.
Девушка снова залилась краской.
— Вы действительно так считаете? По-моему, у меня слишком широкий рот. Я такая же красивая, как девушки на Западе? Однажды мне сказали, что я похожа на Грету Гарбо. Это правда?
— Вы красивее ее, — заверил Бонд. — Ваше лицо светится. И рот совсем не слишком широкий, вам очень идет именно такой. По крайней мере, мне он нравится.
— Что это значит — «лицо светится»? Что вы хотите сказать этим?
Бонду хотелось сказать, что она совсем не похожа на русскую шпионку: в ней нет хладнокровия, необходимого для этой профессии, нет расчетливости, а есть радость жизни, и глаза лучатся теплом.
— У вас веселый и радостный взгляд, — сказал он несколько неловко.
— Вот как? — Лицо Татьяны стало серьезным. — У нас в России мало радости и веселья. Об этом редко кто говорит.
«…Веселье? В моем взгляде? Как я могу выглядеть радостной после всего, что произошло за последние два месяца», — подумала она. Впрочем, на душе у нее и впрямь было легко. Может быть, она легкомысленна по природе? Или причина заключается в этом мужчине, первая встреча с которым принесла чувство облегчения, сменившее мучительные раздумья о предстоящем испытании? Все оказалось куда проще, чем она предполагала. И сам Джеймс Бонд искренний и простой, с таким мужественным лицом. Поймет ли он и простит ее, если она расскажет, что ее послали соблазнить его? Может, он не придаст этому большого значения? В конце концов она не собирается причинить ему никакого вреда. Ей просто нужно с его помощью попасть в Англию. Попасть в Англию и сообщить в Центр, выполнить свое задание. «Ваше лицо светится!» Может быть, это так и есть? Ее охватило удивительное, ни с чем не сравнимое чувство свободы, радости от того, что она наедине с мужчиной, — таким, как Джеймс Бонд, — что она не понесет за это никакого наказания. Это такое волнующее, такое пьянящее чувство!
— Вы очень привлекательны, — сказала она, пытаясь отыскать какое-нибудь сравнение, которое могло бы доставить ему удовольствие. — Как герой американского кино…
Гримаса отвращения, появившаяся на лице Бонда, озадачила и огорчила девушку.
— Боже мой, Таня! Худшего оскорбления вы просто не могли придумать!
Девушке захотелось исправить свою ошибку, но как странно: ей казалось, что все мужчины на Западе стремятся походить на кинозвезд.
— Простите меня, — сказала она извиняющимся тоном. — Мне хотелось сказать вам что-то приятное. Говоря по правде, вы очень походите на моего любимого героя из книги русского писателя Лермонтова. Когда-нибудь я расскажу вам о нем.